Читаем Ведьма. полностью

Как мы смогли спустя некоторое время вытянуть из заведующей, это произошло на ужине. Детям подали тушеную капусту с мясом, компот из сухофруктов и пшеничный хлеб.

– Понимаете, у нас в детсаде согласованный рацион питания, на полдник у них был чай со сладкими булочками. Дети никогда не остаются голодными, никто не жалуется… Я понимаю, что и добавки не просят, но мы же не ресторан?

Судя по тому, что случилось ближе к концу ужина, наша Есения с ней бы не согласилась.

– В общем, у нас есть мальчик, Костенька, он очень умненький, из хорошей семьи. Всегда так плохо ест… Он начала стучать ложкой по столу, кричать, что ему не вкусно, что мама дома готовит вкусную курицу и пюре…Детки начали баловаться, воспитательница пыталась их успокоить. В общем шум, гам, а потом…

А потом, по словам Елены Федоровны, Есения щелкнула пальцами (кто только ее научил?) и у всех на тарелках вместо тушеной капусты появилась маленький запечённый цыпленок с пюре. И все детские обеденные столики оказались накрытыми кружевными скатертями.

– В общем, вот… – Елена Федоровна беспомощно развела руками.

– И что же Вы от нас хотите? – как-то недобро усмехнулась Олеся. – Чтобы скатерти снова исчезли, как и горшки?

– Нет, ну что вы, – всплеснула руками заведующая, – за скатерти Есении отдельное спасибо, они чудесные… Но просто… Дети уже начинают задавать вопросы, они рассказывают родителям. Я не знаю, что им отвечать… Я честно не знаю…

Елена Федоровна смотрела на нас, чуть не плача, так, что я решил взять инициативу в свои руки.

– Ну дети – они большие выдумщики, – уверенно сказал я. – Скатерти, я уверен, Вы придумаете, как поставить садику на баланс, считайте, это наш спонсорский взнос.

– А воспитательницы?

– Хотите я с ними поговорю? – улыбнулась Олеся.

– Нет-нет, лучше не стоит, я сама с ними поговорю…

Заведующая провела на до двери, а перед этим что-то шепнула Олесе на ухо.

– Что она тебе сказала? – спросил я, когда мы уже забрали Есению и шли все вместе домой.

– А, – махнула рукой Олеся, – маме привет передавала…

– Она знает Аглаю Ивановну? – удивился я. – Так вот, почему ты так на этом садике настаивала? Мы ради него даже квартиру поменяли…

– Знает, – лукаво улыбнулась Олеся. – Соседка она наша бывшая. Мама ей помогла замуж выйти и в город переехать.

– А директора школы твоя мама случайно замуж не выдавала? – почему-то рассердился я. – Есения растет не по дням, а по часам…

Олеся ничего не ответила на мою издевку, а только лукаво улыбнулась в ответ.

Вечером, когда Есения уже уснула, я решил поговорить о своих страхах с Олесей. Жена улыбнулась в ответ на мою просьбу поговорить наедине, заглянула в комнату к дочке, и заварила нам чай из каких-то только ей ведомых трав.

– Спрашивай, – сказала Олеся, когда мы сели за стол.

– Я вижу, что наша дочка взрослеет, у нее появляется все больше силы. Расскажи мне, как нам быть с этим дальше? Пока у нас горшки и ресторанные обеды, но мало ли…

– Ты прав, – нахмурилась Олеся. – Есения уже достаточно взрослая… Пора нам звать на помощь бабушку…

– Анну Леонидовну? – почему-то еще больше испугался я.

– Да, – кивнула моя жена. – Она меня всему научила. Поможет и с Есенией справиться…

Я, конечно, очень люблю свою жену, да и ее семья мне искренне симпатична, но жить вместе с ними я был не совсем готов. Но как только я собрался произнести это вслух, в столовой громко хлопнула закрытая мной лично форточка и раздалось кошачье мяуканье.

– Бабушка приехала! – радостно вскрикнула Олеся, а в подтверждение ее слов, высоко задрав пушистый хвост, на кухню вальяжно зашла большая черная кошка.

За обучение Есении Анна Леонидовна взялась практически сразу. По вечерам, после ужина, они на час закрывались в комнате Есении, доступ куда мне был строго-настрого заказан. С собой Анна Леонидовна привезла большую книгу каких-то древних заклинаний.

Уже не знаю, как и куда она ее спрятала, мне книгу увидеть довелось лишь единожды, но впечатление она производила. Большой талмуд с затертыми пожелтевшими страницами. Когда я узнал, что бабушка обучает Есению заклинаниям, я из любопытства заглянул в комнату дочери, за что чуть не получил по носу быстро захлопнувшейся передо мной дверью.

– Не мешай бабушке! – укоризненно сказала мне Олеся, когда я пришел пожаловаться на несправедливое обращение жене. – Знаешь, как нелегко обучать всему маленькую ведьму? Я в детстве постоянно баловалась, то козлят в комнату напущу, то из подушек бомбардировку устрою…

– Но Есения же еще не умеет читать толком, а в книге еще и от руки написано, чернила выцвели – я видел мельком, – попробовал обосновать свое любопытство я.

– О, за это ты не волнуйся совсем! У каждой ведьмы с детства феноменальные способности к обучению. Я таблицу умножения с бабушкой за час в два года выучила, а потом и интегралы, и эконометрику с матмоделированием. Тоже часа за два-три…

– Тоже в два года? – округлил глаза я.

– Да ну, – смутилась Олеся, – это уже в школе, думаешь, бабушка совсем изверг, что ли?

– А почему кстати Анна Леонидовна приехала, а не Аглая Ивановна? – полюбопытствовал я.