Читаем Вечер вне дома полностью

— Она говорила, что присматривает сыну перчатку для бейсбола. Я показал ей разные перчатки, но она не могла решиться. Она сама не знала, чего хочет. А о чем, собственно, речь?

Хаген этого тоже не знал, но что-то мешало ему уйти из магазина. Зачем Хильда заходила сюда и лгала продавцу? Он огляделся вокруг, желая поддержать разговор. Вдруг он заметил в конце стенд с охотничьими ножами — блестящие лезвия и красивые костяные ручки.

— Вы уверены, что она не купила у вас охотничьего ножа?

— Она ничего не купила, — нетерпеливо повторил продавец.

Он подозревал, что Хаген тоже ничего не купит.

— Может быть, ей продал другой продавец? — настаивал Хаген.

— Нет. У нас правило не вмешиваться в обслуживание клиента, особенно теперь, при нашем соревновании.

Хаген поблагодарил продавца и собрался уходить.

— Странно; что вы спросили про охотничий нож, — задумчиво проговорил продавец.

Хаген быстро обернулся и спросил:

— Что вы находите здесь странного?

— Два дня назад один охотничий нож был украден, знаете ли. Его взяли с этого стенда. Немного странная кража, не так ли? Эти ножи продаются по полтора доллара, но не стоят и половины этой цены. Лезвия негодные. Наверно, нож понравился какому-то мальчишке.

Продавец отвел взор от Хагена, и глаза его заблестели. В магазин зашел еще один покупатель.

— Извините меня, пожалуйста, — сказал продавец.

Хаген кивнул. Оставшись один, он повернулся к стенду с ножами и задумчиво посмотрел на них. Что это могло означать? Без сомнения, тот охотничий нож, который Хильда вынимала из кармана норкового манто, был точно такой же, как на стенде. Было бы очень странно, если бы Хильда его купила, и совершенно немыслимо представить себе, что она его украла. Однако продавец говорил… Хаген тоже у нее его видел… Что это означает?

Вдруг молитва его была услышана, и он вздохнул с облегчением. А что, если Хильда, несмотря на свою обеспеченность, украла этот нож? Эта новая мысль овладела им, и он пробормотал вслух:

— Мне надо куда-нибудь пойти, я должен подумать.

С рассеянным видом он вышел из магазина, по пути к двери наткнулся на манекен и пробормотал извинение. Манекен не ответил, но Хаген этого не заметил.

Его увлек поток прохожих, пока он не укрылся за фонарным столбом, на краю тротуара. Там он простоял не менее пяти минут, рассеяно глядя на фасад маленького отеля на другой стороне улицы. Потом он не смог бы сказать, черное это было здание или белое или как назывался отель.

Он увидел, как женщина толкнула стеклянную дверь и вышла на тротуар. Хаген механически проследил взглядом, как она поспешила по улице, завернула за угол и скрылась. Прошло добрых пятнадцать секунд, пока он вдруг не осознал, что это была Эвис Гил.

Это поразило его, и он пришел в себя. «Внимание, — подумал он, — я получил редкий шанс и не должен стоять здесь и удивляться».

Преисполненный надежды, он побежал к углу улицы и посмотрел туда, где скрылась Эвис. Но было поздно: секретарши Висарта нигде не было видно. Хаген не очень разочаровался. У него оставалась возможность позднее поговорить с Эвис. Кроме того, Хаген уже все понял. Он перешел улицу и зашел в отель, из которого вышла Эвис. Только теперь он заметил, что отель назывался «Кент».

Холл был маленький, в соответствии с размерами остальных помещений. В нем умещался только стол портье, два подержанных кресла и лифт. «Кент» относился к отелям, о которых не упоминалось в путеводителях туристов. Это был заурядный отель, ничем, кроме названия, не отличавшийся от сотен других. Будучи специалистом по разводам, Хаген был хорошо знаком с отелями такого рода. В подобных местах могли останавливаться мужчины со своими секретаршами, однако Вэйна Висарта Хаген не надеялся там встретить.

Холл был пуст, но раздавшийся звонок заставил портье показаться из своей каморки. Это был мужчина средних лет, высокомерный и равнодушный. Хаген знал, как с ним обращаться.

Властным голосом Хаген объявил:

— Полицейское дело. Вы видели молодую женщину, которая сейчас вышла из вашего отеля?

Хаген не предъявил ни удостоверения, ни бляхи, портье тоже не потребовал этого. Он зевнул.

— Боюсь, что не видел, сэр. Я был занят в другом месте. Это постоялица?

— Нет, она посещала кого-то.

— Ну, тогда я совсем не знаю. Я вижу их, только когда они спрашивают номер комнаты.

Он мотнул головой в сторону лифта.

— У нас самообслуживание.

— Проживает ли у вас кто-нибудь из Лос-Анджелеса?

— Может быть. О чем, собственно, речь? Кто-то сбежал?

— Дайте мне посмотреть регистрационную книгу, — приказал Хаген, пропустив мимо ушей вопрос портье.

Тот пожал плечами и достал из стола большую книгу. По его виду можно было заключить, что все это для него не ново. Хаген открыл книгу и быстро просмотрел имена приезжих.

Среди них было двое из Лос-Анджелеса. Один его совсем не интересовал: он прибыл только вчера, к тому же это была женщина. Но имя другого постояльца вызвало у него мрачную усмешку. Это был Джек Ферейра, он жил здесь уже три дня и занимал комнату 319.

Хаген указал на запись.

— Вы знаете этого человека? Крупный, высокий парень, сложен как борец.