Читаем Вардес: Лик Бога полностью

Полное отсутствие света бывает. Редко, но все же бывает. Существо, видящее в темноте, как никто другой, столкнувшись с таким абсолютным отсутствием света, становится слепым. Если нет даже малейших лучей, проникающих в любую темную комнату из миллиметровой щелки, то ни самая зоркая кошка, ни засевший в ней спецназовец с прибором ночного видения не разглядят даже палец перед глазами. Но как в свое время объяснял Тзар, если в ту же темень посадить мага, обладающего заклятьем ночного видения, он сможет рассмотреть даже трещинки на стенах.

Каждый материальный предмет излучает в мир невидимую энергию, которую улавливает мое заклятье.

Но сейчас оно подвело: тьма привычно не рассеялась, подчинившись моей воле. А если так, то объяснение только одно: тьма имеет магическую природу, кто-то сделал так, чтобы попавший сюда оставался в полной Тьме.

Изо всех сил я сдерживал подступающую волну паники. Мне стало казаться, что я попал в мир мертвых, где нет ничего материального. Где я один вынужден буду провести вечность в абсолютном ничто. Где рай, ад, бог и дьявол — обман.

Грандиозный обман, призванный наполнить человеческую жизни хоть каким-то смыслом.

Вечность — это так много. Больше, чем можно представить. Даже сейчас, видя лишь край раскинувшей свои объятья вечности, я не в силах ее осознать. Скоро, если считать по не имеющему уже смысла солнечному календарю через несколько миллиардов заходов солнца, я забуду, как оно выглядит. Забуду цвет травы и неба, забуду облик живых, забуду слова, вкус и запах. И перестану мыслить.

Конечно, я буду сопротивляться, раз за разом и час за часом поминутно вспоминая свою жизнь. О да, я вспомню все… даже те годы жизни, которые я считал накрепко позабытыми. Начиная от времени, проведенного в утробе матери, и заканчивая той глупой и непонятной смертью в чужом незнакомом мире. Я буду вспоминать каждый стук сердца, каждый вздох прекрасного воздуха. Все хорошее и плохое, вкус, цвет, радость и боль, каждую эмоцию я соберу по крупинке и постараюсь сохранить еще и еще… Но все это будет бесполезно.

Не успеет пройти и половина вечности, как во мне не останется даже крохотной частички сознания. Я буду пуст как эта черная пустота. За всю оставшуюся вечность никогда и ни разу во мне не зародится даже намека на мысль. И тогда…если есть Высший Разум, я с пустой и чистой душой возрожусь в чреве какой-нибудь женщины. Начну свою краткую и прекрасную жизнь заново, чтобы потом опять оказаться здесь и мучиться вечным забытьем…

Много хуже, если Бога, в привычном понимании, нет. Тогда после того, как от моего сознания не останется даже шершавой поверхности, пройдет еще половина вечности. И наконец, меня не станет. Я растворюсь в вечной пустоте, как и все, что было до и после меня…

Я не хочу! НЕ ХОЧУ! СЛЫШИШЬ НЕ ХОЧУ!!! — в отчаянии закричал я. Кажется, я метался, но в пустоте это все равно не заметно… Но… Что это?! Померещилось?

Если вспомнить, как я двигался вперед, и сделать то же самое, то очень скоро упрешься в невидимую преграду. Отойти назад и снова вперед — тут что-то есть!

Невидимый барьер никуда не исчез.

Медленно, словно мысли плавают в вязком киселе, пришли воспоминания о первом миге, когда я залетел за призрачные врата. Створки за мной закрылись быстро, но все же проникающий свет выхватил комнату со стенами из неотесанного камня. Как я мог не обратить внимание или забыть об этом?!

Я вытянул несуществующую руку и уперся в нечто твердое. Ведя рукой по стене, стал двигаться вдоль, пока не уперся в другую стену. Не отрывая невидимых рук от таких же невидимых стен, я поплыл выше остановившись только после того, как голова уперлась в потолок. Если эта комната имеет выход, я его обязательно найду.

Обследовав всю стену, я перешел на другую, потом на остальные, потолок и пол.

Когда я потерял надежду, напряжением воли заставлял себя двигаться, ведь мне была известна альтернатива. Теперь я уже хаотично метался от стены к стене и к противоположным углам. Я практически ни на что не рассчитывал, наверно, уже примирился с происходящим и теперь лишь гнал разум, стараясь отложить мысль об обреченности.

Потом начались видения, навряд ли я долетел до середины «комнаты», измученное неизвестностью сознание очертило справа слабое пятно света. Я замер, боясь поверить. Но размытое пятно не исчезало, может, не воображение?

Чем ближе подбирался к свету, тем яснее он становился. Я уже мог с уверенностью сказать, что это не видения, а…

Пятно приобрело прямоугольную форму — дверь! Я с замиранием остановился в проеме, всюду прежняя тьма, но вглядевшись, с упоением различил стены длинного коридора. Вдалеке на боковой стене виднеется узкая полоса, еще более различимая.

Стремительно приблизившись, я опешил: едва видимая полоса света превратилась в широкий дверной проем. А там…