Читаем Вардаэсия полностью

— Как только они съедали сердце своей жертвы, они обретали всю власть, всю силу и, на ограниченное время, весь дар.

Воспоминание затопило разум Алекс, одно из Нийкса, кричащего на нее, открывая ужасающую правду.

«Он ест их, Эйлия! Он вырезает сердца у меяринов, на которых претендует, и ест их. Их сила, мощь их жизненной силы, он поглощает все это, кусочек за кусочком…»

Далее Нийкс сказал Алекс, что съесть сердце меярина означает, что они никогда не будут покоиться с миром после смерти. Но он никогда не упоминал… никогда даже ничего не говорил о том, что еще — или кого еще — Эйвен… съел.

Были ли это не просто меярины.

— Это отвратительно, я знаю, — сказала Зайлин, неправильно истолковав шок Алекс. — Но после их изгнания мы позаботились о том, чтобы ритуал был стерт из их памяти.

Алекс покачала головой. Затем встряхнулась. Прошептав одеревеневшими губами, она сказала:

— Значит, что-то пошло не так, потому что они не забыли.

Зайлин вздрогнула, а затем ее глаза сузились.

— Что ты имеешь в виду?

Удерживая взгляд бессмертной, Алекс сказала:

— Эйвен делает это… он ест… ест сердца.

Отпрянув, Зайлин прошептала:

— Что?

— Мне сказали, что это были только меярины, что он набирал силу, крадя их жизненные силы… но только те, на кого он претендовал и кто боролся против его власти над их умами. — Взгляд Алекс стал расфокусированным. — Если он узнает о передаче дара, пройдет совсем немного времени, прежде чем он начнет есть сердца людей с дарами… предполагая, что он еще не начал это делать. Он уже слишком силен, приказывая им выполнять его приказы. Но чтобы на самом деле иметь возможность использовать их дары для себя? — Алекс прижала дрожащую руку к своему животу. — Он будет непобедим.

За ее заявлением последовала долгая пауза.

— Это действительно печальная новость, — сказала Зайлин с серьезным выражением лица. — Но нет особого смысла беспокоиться об этом… во всяком случае, пока. И хотя ты не захочешь этого слышать, ты, по крайней мере, будешь защищена своим даром, даже если он начал перенимать способности других.

Алекс медленно кивнула, зная, что Зайлин права, но снова и снова желая найти способ поделиться своим даром с другими… выпустить его массово и охватить всех, о ком она заботилась. Но Атора сказал ей, что это невозможно; что у каждого уже есть свободная воля, и он больше ничего не может получить.

— Думаю, нам пора перестать смотреть в будущее и вместо этого сосредоточиться на настоящем, — сказала Зайлин, отступая на шаг и поднимая свой меч. — Что скажешь, Алекс? Готова посмотреть, сможешь ли ты победить меня во второй раз?

Алекс была более чем готова. После всего, что она узнала и пережила за последние несколько часов, она отчаянно нуждалась в хорошей тренировке против способного — хотя и «небрежного» — бессмертного. Ее мышцы жаждали знакомой, успокаивающей боли, которую она не чувствовала больше недели, и она знала, что энергичный урок — это именно то, что ей нужно, чтобы отвлечься от своих новых проблем.

Итак, с вызовом в глазах Алекс отбросила свои бурные чувства и сосредоточила разум на здесь и сейчас, подняв Аэнару между ними и сказав:

— Давай, Зайлин.

И это было именно то, что сделала Тиа Аурас.

Прошли часы, пока Зайлин и Алекс спарринговали на помосте стадиона, светящиеся арки над головой и клубящиеся облака под ногами были их единственной аудиторией, в то время как три солнца двигались по небу и медленно погружались во тьму.

Зная, что пришло время встретиться лицом к лицу с друзьями и узнать их истинный вердикт, Алекс остановила их борьбу, и она, и Зайлин тяжело дышали, но также насытились и расслабились после напряженной тренировки.

Призвав флягу подогретой лэндры, чтобы исцелить их от многочисленных порезов и царапин, Зайлин посмотрела на Алекс, казалось, ожидая, чтобы убедиться, что девушка готова вернуться во дворец. Получив жесткий кивок в знак подтверждения, Тиа Аурас проводила ее обратно в комнату, проинструктировав позвать, если ей что-нибудь понадобится, ее слова были достаточно тихими, чтобы Алекс поняла, что она имела в виду не только помощь, оказанную ей как помощницей, но и как другом.

… В некотором роде, по крайней мере. Потому что Тиа Аурас все еще была удивительно колючей, даже несмотря на то, что между ними установилось предварительное взаимопонимание.