– …Юрий, совсем недавно вас избрали председателем Общественного совета Министерства культуры. Насколько нам известно – единогласно.

– Один голос против. Из 37-ми. И кто-то ещё воздержался. Я был в это время в отъезде. Владимир Мединский (министр культуры. – А. Г.) позвонил мне, поздравил и немного удивлённо сказал: «Я не думал, что у вас такая большая поддержка». – «Ну, может, вы во мне скоро разочаруетесь…»

– Да ладно… Ну, вот и вы тоже во власть пошли.

– Ну, во-первых, это не должность. При советской власти это называлось общественная нагрузка. И, я думаю, она приносит больше хлопот, чем даёт какие-либо преференции. Работа, конечно, трудоёмкая, но это не чиновничество. От чиновничества я отказался раз и навсегда, когда в 1987 году меня приглашали на работу в отдел культуры ЦК. Я провёл бессонную ночь – и отказался. Там упали в обморок: «Юра, ты понимаешь, что от таких предложений не отказываются?» Но я понимал: это – развилка. Или ты идёшь в чиновничество, или ты идёшь дальше в литературу. Я шёл в литературу.

– Совет под вашим руководством что будет делать? Распоряжаться деньгами? Руководить Фондом кино? Исполнять роль цензора?

– Деньгами Совет не распоряжается, Фондом кино (который как раз ими распоряжается. – А. Г.) не руководит. Задача Общественного совета – обращать внимание министерства, как государственной структуры, на важные проблемы, болезненные, я бы сказал, нашей культурной, духовной жизни и помогать вырабатывать решение, исходя из интересов общества – потому он и называется Общественный.

А кубышка – она совсем в другом месте. И, к сожалению, открывается чаще всего для того, чтобы поощрить наших либеральных деятелей культуры. Они себе завоевали такое право. Власть почему-то считает, что их надо задабривать и покупать, тогда они будут лояльны, а патриоты – чего их задабривать, они и так никуда не денутся… Наоборот, тот же драматург Поляков теперь сто раз подумает, прежде чем чего-то попросить у Министерства культуры.

– А вы что-то просили?

– Ну, в 2015 году Министерство культуры выделило деньги на «Смотрины» – международный фестиваль спектаклей по моим пьесам. В начале этого года принято решение о проведении «Смотрин-2018». Но хочу вас разочаровать, речь идёт о суммах раз в пятьдесят меньше, чем те, которые получали Райкин или Серебренников. Их опыт подсказывает, что лучший способ добыть у власти денег – это её обругать, обвинив в наступлении на свободу творчества. Сперва тебя дубасят, а потом – начинают задабривать, звать к сотрудничеству. Я, кстати говоря, этот механизм давно заприметил. Когда в 1985 году в журнале «Юность» вышла моя повесть «ЧП районного масштаба», в которой я жёстко критиковал комсомол, – её сначала сильно обругали, а через год дали мне премию Ленинского комсомола и избрали в ЦК ВЛКСМ.

– Если вспомнить острую сатиру на власть в вашей пьесе «Чемоданчик», у вас большие шансы впасть в милость.

– Не совсем так. Власть не любит, когда её критикуют с патриотических позиций. С либеральных – пожалуйста, обругайся, только на площадь не ходи. Например, хорошая продюсерская группа захотела экранизировать этот мой «Чемоданчик» и мы подали заявку, как и все остальные, в Фонд кино, который для того и существует, чтобы за счёт государства поддерживать кинематограф, опирающийся на серьёзную литературу. И я вам хочу сказать, что, – несмотря на то, что я к тому времени был уже членом Общественного совета, нам трижды отказали. Причём, ничего не объясняя. При этом легко выделили деньги на фильмы тех авторов, которые сейчас бурно негодуют, что власть взяла их за горло.

«Матильда» вышла из «Левиафана»