Читаем В Vs В полностью

Послушание, труд, учёба, спорт – основные ценности. Кто-то думает, что труд обременяет детей, мешки с листьями осенью, виноград летом, козы ежедневно круглый год, но он отвлекает от невзгод, пусть и используется отцом, как «заслужите, чтобы вас любили!». К тому же дисциплинирует и даёт возможность побыть наедине со своими мыслями. А что ещё больше дисциплинирует, это секция рукопашного боя, за которую В. больше всего уважает брата. В один августовский день ей захотелось увидеть, за что же она ему так респектует. «Я хочу посмотреть, как Сева тренируется» и было решено всей семьёй поехать в нашумевший подвал. Но же в кабинете тренера отец «Давай Вили, покажи, как ты подтягиваешься!» – упёршись рукой об косяк двери. Вили повисла на руке и начала подтягиваться, а Вальдемар Гаврилович «Ну ладно, не надо» (эх не дал похвастать), про себя: «Ну что ты устраиваешь цирк!». А отец и чешки взял. Пробная прошла успешно и в конце два взрослых мужика спросила у 9-летней девочки «Будешь заниматься?» и она постыдилась сказать «нет» и ответила «да». Она знает, что ответ «да» хочет слышать отец. Не чтобы он её любил, она так ответила, а чтобы он её не ненавидел ещё больше. Но процесс её понравился. Тут же ей впервые пожали руки, девушки при знакомстве. А вот кто не рад этому, это брат, ибо, где если не на секции сравнивать родных брата и сестру? И уж точно не хочется, чтобы младшая показывала большие успехи и за это и отец, и члены команды тебя поносили. С первых дней Вальдемар начал ставить Вили в спаринги и она показывает отличные для новичка результаты, даже начала вести дневник. Так степенно спорт начал входить в её образ жизни, заполнять одиночество, раскрывать её природу. А пока не соревнования, нужно тренироваться дома с братом и делают они это не в рамках спортивного состязания, а до конечной. Перед игрой «Слова», расскажу о случайном камне. Он прилетел Вили в голову, чему свидетелем стал Генри. Сева гнал коз и кидал камни, и в шутку решил бросить близ сестры. Один довольно увесистый камень попал ей в голову и ей уж хотелось заплакать и уйти, как подбежал Сева и начал смотреть на шишку, заговаривая сестру «Тише, тише, успокойся, извини, я случайно, извини». Он знал, что расскажи она отцу, ох как Севе несдобровать, он помнит, как отец впервые его наказал. Одноклассники на перемене бросали камни через гараж и случайно подбили стекло авто. Сева бросал в другую сторону и Рудольф знал, что сын не при чём, докинуть он бы не смог, но владелец авто увидел Севу, ведь он не убегал. Либо не бросай камни, либо не попадайся. Хотя наказал он первоклашку только ради удовлетворения владельца авто и чтобы оправдать время, затраченное на разбирательство. Она вовсе не хочет, чтобы брат вновь носил шубу летом и она начала успокаиваться на месте. Её поддержал Генри, но главное, что подошёл брат. Он больше испугался за свою задницу, нежели за шишку сестры, но извинился он искренне. Словно извинился и за удушение пелёнками, и за перебор с печеньками. Это момент братства.

Ясно, когда трудности сплочают детей и они объединяются против общего врага, но Севе и Вили общий враг не мешает находить врага во взглядах друг друга. Общего врага наказать пока невозможно, ну хоть оторвёмся друг на друге. У мамы с дядей наоборот было и принцип «защищай сестру!» не вызывал насмешку. Но другое гетто – другие законы. Сначала сестре досталось от брата, затем наоборот, этому стал свидетель отец и тогда им досталось от него. Он наказывает их за драки, ибо только он имеет право их тохмачить. Но личный пример не входит в его систему воспитания. Глава расставил их по углам и отходить не в их интересах. Мама в детстве ставила их на кукурузу коленями, а дочке даже нравилось, если в меру. Подумать над своим поведением, – фи. Нас двое, мы можем разговаривать. «Давай поиграем в слова?» – предложил кто-то. В процессе игры они отошли от эмоций и даже обиды и стоять в углах стало бессмысленно. «Давай пойдём к отцу и скажем, что мы помирились, поэтому больше не стоим в углах» – предложил Сева. Во как работает игра, мозг генерирует умные идеи. И она сработала, отец принял их совместное решение о примирении.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза