Читаем В труде и учебе полностью

— Сейчас в наличии у нас нет ни одной девочки, гражданочка. Девочки долго у вас не задерживаются. Вот мальчики — те подольше сидят. Но вы, гражданочка, не беспокойтесь, — ответил милиционер. — Не пропадет ваша девочка. Человек — не иголка. Найдем! Присядьте.

Милиционер придвинул ей стул. Старуха села. Милиционер тоже сел за стол и раскрыл тетрадь.

— Большая девочка? — спросил он, готовясь записывать. — Сколько лет? Как фамилия? Имя, отчество? Где живет? Так… Давно потерялась? Как одета? Голубое платьице, передничек с зайчиком? Дома есть телефон? Так и запишем… Найдем, будьте спокойны! Человек не может пропасть. Идите домой, бабуся, может быть ваша Ниночка уже дома сидит, а нет, так мы ее вам живо доставим. И не волнуйтесь. Вы и не знаете, сколько ребят за день теряется! И все находятся. Еще не было случая, чтобы кто-нибудь не нашелся.

Немного успокоившись и передохнув, старушка направилась в обратный путь. Однако, по мере того как она приближалась к дому, тревога ее росла. Она и не думала о том, что Ниночка могла куда-нибудь пойти. Ей стало представляться, как Ниночка вышла за ворота и побежала на мостовую, и вдруг из-за угла выскочил автомобиль и сшиб ее, и сейчас же собралась толпа, и вот уже слышен тревожный гудок, и мчится машина с красными крестами на стеклах. Всякие ужасы приходили бабушке в голову. У ворот дома она остановилась. К ней со двора подбежал Вася. Волосы на голове у него еще больше взлохматились, а на лице блестели капельки пота.

— Ниночкина мама пришла! — объявил он с заговорщицким видом.

— А Ниночка?

— Ее не нашли еще.

Старушка хотела еще что-то спросить, но тут вдруг увидела вдали на тротуаре двух мальчиков. Они быстро шагали по улице, а между ними быстро семенила ногами маленькая девочка. Ребята держали ее за руки. Пробежав несколько шагов, девочка поджимала под себя ноги и, повиснув на руках у ребят, визжала от удовольствия. Мальчикам это тоже, как видно, нравилось, они тоже громко смеялись. Вот они уже совсем близко, и бабушка видит голубое платье на девочке и белый передник с красным зайчиком. Она протягивает вперед руки:

— Ниночка!

Ниночка увидела бабушку.

— Бабулька! — кричит она и бросается к бабушке.

Бабушка схватила Ниночку на руки и прижимает к груди.

Ребята, не понимая, чем вызвана эта трогательная встреча, стоят и с недоумением смотрят, полуоткрыв рты.

— Спасибо вам, детки, спасибо! — твердит старушка, обращаясь к ребятам. — Где вы ее нашли?

Тот, который был ростом пониже, как-то привычно шмыгнул носом и, повернувшись к другому, спросил:

— Слушай, Валерик, ты не помнишь, где мы ее нашли?

Валерик огляделся по сторонам:

— Где? Да вот тут, в этом самом дворе. Тут мы ее и нашли.

— Ну, спасибо, детки, вот уж спасибо! — твердила старушка, не слушая ребят.

Она опустила Ниночку на землю и, крепко держа за руку, повела домой. Она ни о чем ее не спрашивала. Из головы старухи исчезли все мысли, кроме одной: Ниночка здесь, Ниночка нашлась. Все остальное не важно.

В коридоре их встретила высокая молодая женщина с бледным, встревоженным лицом. Она надевала на ходу берет, но, увидев входящих Ниночку с бабушкой, тут же остановилась.

— Что здесь у вас происходит? — спросила она. — Только что звонили из милиции, спрашивали, не вернулась ли Ниночка. Куда она уходила?

— Ничего, ничего, — успокоила ее бабушка, — Ниночка потерялась, а теперь нашлась.

— Да нет, бабушка, я совсем не потерялась! — сказала Ниночка. — Я ходила с мальчиками — показать им, где железо лежит.

— Какое еще железо?

Ниночка принялась рассказывать, как она не могла найти место, где они с бабушкой видели железный лом, как мальчики купили ей пирожок, чтобы она вспомнила, а она съела пирожок и вспомнила.

Бабушка только ахала, слушая этот рассказ.

— Ишь, чего только не выдумают! — говорила она. — Железо им зачем-то понадобилось!

— Ну, бабушка, ты ведь сама говорила, что дети должны помогать взрослым. И я хочу помогать. И папа, когда был маленьким, тоже собирал железный лом для заводов.

В этот день только и разговоров было, что про это железо.

— Ты очень хорошо сделала, что помогла пионерам, — сказала Ниночке мать. — Но ты должна была спроситься у бабушки. Бабушка из-за тебя беспокоилась.

— Совсем не жалеешь ты свою бабушку! — кивала головой старушка.

Ниночка обняла за шею старушку:

— Я тебя жалею, бабулька! Я теперь всегда буду спрашиваться. Мы с тобой еще где-нибудь железо найдем. Много железа! Правда?

Вечером, когда Ниночка легла уже спать, мать с бабушкой еще долго сидели и обсуждали вопрос: написать Ниночкиному отцу про этот случай или не написать? Обе женщины считали, что лучше ничего не писать, чтобы он не беспокоился, а рассказать потом, когда он приедет. Так они и решили, но все-таки обе остались недовольны своим решением. Им очень хотелось, чтоб отец узнал, какая у него дочка хорошая.

Мать Никиты училась в Москве на курсах и должна была приехать не скоро.