Читаем В семнадцать лет полностью

И вот они здесь. Снова. Шэннон вернулась в ее жизнь... почти. Их попытка дружбы была только попыткой вернуть нечто ценное, что они давно потеряли. Но она все еще чувствовала притяжение между ними, хотя Шэннон пыталась делать вид, что ничего не происходит. Если на земле и существовал человек, которого она могла читать как открытую книгу, то это была Шэннон.

Мэдисон наконец вышла из задумчивости, и заметила, что коробка с пиццей исчезла со стола. Она огляделась, увидев, что она разогревается в духовке. Открыв холодильник, в котором не было ничего, за исключением пива, которое принесла Шэннон - коробка из шести бутылок сейчас содержала пять - Мэдисон взяла одну бутылку для себя и присоединилась к Шэннон.

Шэннон забрала бутылку пива у нее после неудачной попытки Мэдисон открыть ее. Она достала открывалку из кармана и открыла бутылку .

"Это не закручивающаяся крышка, " объяснила она, протягивая пиво Мэдисон. "И мне кажется, я впервые вижу тебя пьющей пиво. "

"Ты права." Мэдисон сделала глоток, и с трудом сдержалась, чтоб не выплюнуть его. "Господи, это отвратительно," скривившись, сказала она.

Шэннон рассмеялась. "Ко вкусу пива нужна привыкать, так же как и к вину."

"В таком случае, я, пожалуй, останусь верна вину", сказала она, делая еще один глоток. Он оказался не лучше.

"Как дела у тебя с матерью?" спросила Шэннон.

"Она никак не возьмет в толк, что думать обо мне, " сказала Мэдисон. "Думаю, я ей не очень нравлюсь в новой роли. "

"Но вы общаетесь."

"Мы разговариваем. Нельзя сказать, что мы так уж общаемся, " уточнила она. "Моя мать не очень хочет говорить и тем более слушать. Она хочет командовать и диктовать мне, как я должна поступать."

"Как и всегда."

"Да. Именно поэтому я так не нравлюсь ей в своем новом образе," сказала Мэдисон. "Эштон приезжает завтра."

Шэннон кивнула. "Да, мама сказала мне."

"Она рассказывает тебе все?"

Шэннон подняла брови вверх. "А тебе нет?"

Мэдисон кивнула. "Она сказала, что когда ты вернешься, надолго не останешься. Ты снова собираешься сбежать из Брук Хилла?"

Шэннон заглянула ей в глаза, но быстро отвела взгляд. "Нет, пока нет. Но я должна ненадолго уехать, у нас запланировано тестирование менеджеров. Мы проводим его каждый год. Раньше мы с Джеродом ходили вместе, но теперь с новым магазином, он должен остаться здесь. "

"Как долго тебя не будет?"

"Я уезжаю в понедельник. Это двухдневное событие, но затем я поеду домой, проверю как там обстоят дела. Шарлотта и Трейси планируют вечеринку в пятницу. Наверное, уеду оттуда в воскресенье." Видя вопросительное выражение на лице Мэдисон, Шэннон пояснила. "Друзья, о которых я тебе рассказывала."

"И они дружат с... как ее зовут? Элли?"

Шэннон кивнула. "Да, она тоже там будет."

Мэдисон пыталась не показать своих чувств и отвернулась от Шэннон к бассейну.

"Мне кажется я больше увлечена идеей покупки мебели для террасы, чем для всего дома," сказала она. "Раньше я редко пользовалась задней частью дома. Она была приспособлена больше для принятия гостей, чем для нашего удобства и была такой же как и весь дом – искусственной и холодной," призналась она.

"Ты часто принимала гостей?"

Мэдисон вздохнула. "Да. Несколько лет назад отец Стивена передал ему свою юридическую фирму. Благодаря моему отцу, его клиенты в основном вся элита Брук Хилла."

"Тебе будет этого не хватать?"

"Господи, нет."

Шэннон прошла дальше по дорожке, ведущей от бассейна. Дорожка расширялась в конце и выводила на небольшую полянку. Мэдисон наблюдала за тем, как Шэннон внимательно ее осмотрела.

"Отличное место для гриля," сказала она. "Знаешь, вдруг ты захочешь поджарить стейк."

Мэдисон улыбнулась. "Разве это то, что должна советовать вегетарианка?"

"Нет. Никому не говори," шутливо ответила Шэннон. Она взглянула в сторону дома. "Пицца?"

Мэдисон кивнула, замечая стену, которую неожиданно возвела между ними Шэннон, не зная как ее убрать.


Глава 28


Подъехав к дому, Шэннон заметила, что газон был подстрижен. Она напомнила себе, что должна поблагодарить Грега, сына своих соседей. Она жила здесь уже четыре года, и все это время он ухаживал за ее двором, когда она уезжала. Она вытащила ключи из кармана и пошла к двери, с сумкой на плече.

В доме стоял спертый воздух, и Шэннон открыла окна, чтобы проветрить помещение. Она бесцельно бродила по дому, и наконец оказалась на кухне. Открыв холодильник, она похвалила себя, что предусмотрительно избавилась от всех продуктов перед отъездом, три месяца назад. Сейчас перед ней стоял выбор из двух бутылок пива и банки колы. Внутри еще стояло несколько бутылок воды, но Шэннон выбрала пиво.

Она продолжила бродить по дому, оглядывая знакомый интерьер. Наконец она остановилась в дверях спальни, которая, из-за отсутствия кровати, казалась пустой. Шэннон забрала ее в Брук Хилл. Когда она переезжала к матери, то решила взять с собой кровать, для полного комфорта, не подумав, где будет спать, когда вернется. Вздохнув, Шэннон прошла в соседнюю комнату и бросила сумку на кровать.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Афганец. Лучшие романы о воинах-интернационалистах
Афганец. Лучшие романы о воинах-интернационалистах

Кто такие «афганцы»? Пушечное мясо, офицеры и солдаты, брошенные из застоявшегося полусонного мира в мясорубку войны. Они выполняют некий загадочный «интернациональный долг», они идут под пули, пытаются выжить, проклинают свою работу, но снова и снова неудержимо рвутся в бой. Они безоглядно идут туда, где рыжими волнами застыла раскаленная пыль, где змеиным клубком сплетаются следы танковых траков, где в клочья рвется и горит металл, где окровавленными бинтами, словно цветущими маками, можно устлать поле и все человеческие достоинства и пороки разложены, как по полочкам… В этой книге нет вымысла, здесь ярко и жестоко запечатлена вся правда об Афганской войне — этой горькой странице нашей истории. Каждая строка повествования выстрадана, все действующие лица реальны. Кому-то из них суждено было погибнуть, а кому-то вернуться…

Андрей Михайлович Дышев

Детективы / Проза / Проза о войне / Боевики / Военная проза
Достоевский
Достоевский

"Достоевский таков, какова Россия, со всей ее тьмой и светом. И он - самый большой вклад России в духовную жизнь всего мира". Это слова Н.Бердяева, но с ними согласны и другие исследователи творчества великого писателя, открывшего в душе человека такие бездны добра и зла, каких не могла представить себе вся предшествующая мировая литература. В великих произведениях Достоевского в полной мере отражается его судьба - таинственная смерть отца, годы бедности и духовных исканий, каторга и солдатчина за участие в революционном кружке, трудное восхождение к славе, сделавшей его - как при жизни, так и посмертно - объектом, как восторженных похвал, так и ожесточенных нападок. Подробности жизни писателя, вплоть до самых неизвестных и "неудобных", в полной мере отражены в его новой биографии, принадлежащей перу Людмилы Сараскиной - известного историка литературы, автора пятнадцати книг, посвященных Достоевскому и его современникам.

Людмила Ивановна Сараскина , Леонид Петрович Гроссман , Альфред Адлер , Юрий Михайлович Агеев , Юрий Иванович Селезнёв , Юлий Исаевич Айхенвальд

Биографии и Мемуары / Критика / Литературоведение / Психология и психотерапия / Проза / Документальное