Читаем В саду времен полностью

В более поздние годы Гудон отказывается от повторения Дианы как в рост, так и в виде бюста. Его начинают интересовать иные художественные задачи, связанные главным образом с искусством портрета.

Начало славы Гудона как портретиста было положено выставленным в Салоне 1771 года бюстом Дидро (оригинальная модель в Готте, гипсовый вариант – в Лувре, мраморный, выполненный в 1775 году, – в Версале). Именно он привлек к себе внимание и русской императрицы, переписывавшейся с прославленным критиком-философом.

Спрос на портреты Гудона возрастает год от года, тем более что мастер отдает предпочтение выдающимся людям современности. В общей сложности до нашего времени дошло около сотни подписных бюстов скульптора. Всего же им было сделано, по самым приблизительным подсчетам, более полутораста оригиналов, не считая многочисленных повторений. И здесь важно отметить, что слава Гудона не привела в его мастерскую учеников, а число помощников он старался всячески сокращать, предпочитая, по выражению самого скульптора, «занимать работой собственные руки».

В 1795 году он напишет в своей автобиографии: «Одно из прекрасных качеств трудной профессии скульптора – возможность сохранить в почти неразрушимой форме облик людей, принесших своей родине славу или счастье». Постоянный корреспондент русской императрицы просветитель Д. Гримм отмечает в середине 1770-х годов: «Разнообразие Гудона поразительно… он изображает величие, благородство, тонкий ум, гений, простодушие, игривость, и все это дифференцировано соответственно возрасту, характеру, общественному положению портретируемого».

Среди моделей скульптора рядом с членами французской королевской семьи, начиная с Людовика ХVI и Марии Антуанетты, философы, выдающиеся ученые – Тюрго, Бюффон, Монж, Лаланд, Лаплас, Фуль-тон, Франклин, пионеры воздухоплавания братья Монгольфьеры и Пилятр дю Розье, композитор Глюк, политические деятели – Мирабо, Снейс, Лафайет, Вашингтон, Джефферсон, Наполеон, полководцы – маршал Ней, Сюфрен, Дюмюрье, банкиры, юристы, врачи.

Галерея портретов работы Гудона словно воссоздает грандиозную панораму «Человеческой комедии» Бальзака. Не случайно Роден писал, что «хороший бюст равносилен целой биографии. Каждый бюст Гудона стоит главы из каких-нибудь мемуаров: эпоха, раса, звание, индивидуальный характер, – все в нем указано».

У Гудона совершенно специфические приемы работы, которыми он пользуется, чтобы по возможности приблизиться к натуре и достичь абсолютного внешнего сходства. Как правило, он не приступал к работе над портретом, не сделав точных измерений, не изготовив слепков с головы, рук, плеч. Характер человека выражался для него не только в чертах лица, но и во всем складе его тела, осанке, привычках держаться. Скульптор не пренебрегал и возможностью использовать посмертные маски.


45.

ГУДОН Жан Антуан

Портрет Ж.-Ж. РУССО

Бюст

Мрамор

Высота – 38 см

Инв. № 315


Известен кажущийся невероятным факт из практики скульптора. В 1905 году правительство США решило перенести на родину останки похороненного в Париже адмирала Джанса. Возникли сомнения в подлинности останков, которые сразу же были отброшены после сопоставления черепа с бюстом работы Гудона – их размеры совпали с точностью до миллиметра.

Другой вопрос, что слепок для Гудона всегда только вспомогательный прием, а внешнее сходство существенный, но не решающий элемент портрета. Скульптор в своей работе полагался главным образом на собственную память и прежде всего на воображение.

На своих сеансах Гудон старался «разговорить» модель, увлечь ее беседой, найти наиболее интересующие ее темы, вызвать улыбку, смех или, наоборот, выражение огорчения, скорби, раздумий, как в портрете актрисы Софи Арну, представленной в роли Ифигении, с искаженным отчаянием и бессилием лицом. Совершенно так же он может создать посмертный портрет произносящего страстную речь Мирабо. То, что у другого скульптора могло превратить изображаемое лицо в безжизненную маску, у Гудона становилось верным способом проникновения во внутренний мир человека.

Роден писал о бюсте Руссо: «Во взгляде много тонкой проницательности. Эта черта, общая всем лицам ХVIII века. Они прежде всего критики, они проверяют все священные дотоле принципы; взгляд их испытующий».

Жан Жак Руссо (1712–1778), писатель, философ-моралист, особенно близок Гудону по своим взглядам. Рано лишившись родителей, Руссо увлекся самообразованием, занимался изучением трудов Лейбница, Декарта, Локка, Пуффендорфа, Вольтера.

В 1741 году Руссо представляет в парижскую Академию наук новую – цифровую систему обозначения нот. После того как предложение было отвергнуто, он поступает секретарем к французскому посланнику в Венеции, где заканчивает музыкальное образование. Вернувшись в 1744 году в Париж, Руссо занялся переписыванием нот и сочинением опер.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
Айвазовский
Айвазовский

Иван Константинович Айвазовский — всемирно известный маринист, представитель «золотого века» отечественной культуры, один из немногих художников России, снискавший громкую мировую славу. Автор около шести тысяч произведений, участник более ста двадцати выставок, кавалер многих российских и иностранных орденов, он находил время и для обширной общественной, просветительской, благотворительной деятельности. Путешествия по странам Западной Европы, поездки в Турцию и на Кавказ стали важными вехами его творческого пути, но все же вдохновение он черпал прежде всего в родной Феодосии. Творческие замыслы, вдохновение, душевный отдых и стремление к новым свершениям даровало ему Черное море, которому он посвятил свой талант. Две стихии — морская и живописная — воспринимались им нераздельно, как неизменный исток творчества, сопутствовали его жизненному пути, его разочарованиям и успехам, бурям и штилям, сопровождая стремление истинного художника — служить Искусству и Отечеству.

Юлия Игоревна Андреева , Надежда Семеновна Григорович , Лев Арнольдович Вагнер , Екатерина Александровна Скоробогачева , Екатерина Скоробогачева

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Документальное