Читаем В руках Ирбиса полностью

И мне хотелось это сделать – убить эту тварь, которую когда-то оплакивал и грыз себя каждый день, истязая, из-за которой все мои ценности превратились в прах, который я берёг всё это время, не понимая зачем. А она вот, стоит как когда-то, живая, тёплая, невероятно красивая, и мне хочется рвать её на куски, терзать и мучать, ещё сильнее, ещё жёстче, чем тогда, выбивать из неё крики, чтобы не только чувствовать, что она жива, но и слышать, видеть слёзы, катящиеся из её невероятных глаз, и добиться того, чего всегда яростно желал – её удовольствия, оргазма, такого, чтобы мог её убить, остановить сердце, которое сейчас бешено колотится.

И я собирался воплотить всё это в жизнь. Забрать её прямо сейчас, никто не помешает, и не найдёт нас. Всего пара минут и мы в моей машине, судя по всему, сопротивляться она не станет. У меня есть место, где мне никто не помешает воплощать все фантазии, накопившиеся за время нашего с ней знакомства и за время её отсутствия. Как можно было стать ещё красивее? Волосы у неё длинные, как я всегда хотел, кожа нежная почти прозрачная, будто в темноте всё это время провела, и пахнет вкусно, только собой. А там внизу, она по-прежнему очень нежная, горячая, тесная… Эта тварь снова была девственницей. Не поверил ощущениям, протолкнул палец в неё чуть глубже, но нет, мне не показалось – девственница. Посмотрел на неё в зеркало, застывшую статуей, одно движение и не станет этой преграды, которой быть не должно. Толкнуться чуть глубже, порвать эту подделку, так чтобы ей было больно, растягивая боль, наслаждаясь ей. Приготовился воплотить идею в жизнь, но посмотрел на её отражение. Она была не здесь, ничего не чувствовала и не понимала, будто выключилась. Так мне было неинтересно и мало, слишком мало. Она мне должна за все эти годы, и я получу компенсацию, выжму по полной, медленно опустошая её. Я это тело использую по максимуму.

Ещё раз толкнулся в ней пальцем – сухая, как в день нашего знакомства, и никакой реакции. Меня всегда дико злило отсутствие возбуждения в ней, и заводило понимание, что она понятия не имеет, что это такое. Надавил на клитор – ничего, никакого отклика тела. Течь она умеет, это я прекрасно знаю, и помню тот единственный раз, когда мне ничего не пришлось делать, чтобы почувствовать её взаимность.

Я её добивался, впервые я кого-то добивался по-настоящему и бился, пренебрегая семьёй. С ней я снова вспомнил, что женщину нужно оберегать, причём не только от окружающих, но и от самого себя. Сколько раз я сдерживался, сколько стиснув зубы отпускал, понимая, что она готова стать моей, что нужно чуть ближе подпустить, нежнее обнять и она отдастся, раздвинет ноги, как она сама выражалась. Только каждый раз я попадался на одно и то же – её невинность, которую не хотел забирать, хотел, чтобы она сама её отдала, без сомнений и сожалений, хотел поверить, что хоть что-то в этой жизни не продаётся, а достаётся мне потому что считают меня достойным этого. Теперь сомнений не осталось у меня, что всё в ней фальшивка, как и она сама в этих дорогих шмотках, купленных её очередной жертвой.

Ещё минуту продолжал свои манипуляции ничего не добившись, ни возбуждения, ни возвращения в сознание. С ней определённо что-то не так. Надо же как в жизни бывает – мы снова встретились в мужском туалете, она снова девственница, я снова привожу её в порядок, поправляя одежду. Перед тем как уйти включил обратно воду, зная отца, он вот-вот появится, мне эта встреча сейчас ни к чему, момент неподходящий, а с Моникой я ещё поиграю, только сначала решу в какую игру.

Сел в машину, хотел закурить, но почувствовал на пальцах её сладкий запах, и отбросил сигарету. Странная встреча, как и тогда второй раз. Именно второй. Нашу самую первую встречу она так и не вспомнила, конечно, всё её внимание тогда было уделено Ваське.

«– Зря ты позвал эскортниц. Теперь они не смогут думать о деле. – В последнее время мне не нравился стиль ведения дел Барса. Помимо того, что он слишком увлекался, брат перестал продумывать всё наперёд, предпочитая поступать импульсивно.

Я поручил ему подготовить всё для переговоров с англичанами, но вместо ожидаемых ресторана и гастрономических изысков – клуб и шлюхи, пусть и дорогие. Нам с этим контрактом напортачить нельзя, отец только подпустил к делам, и в мои планы не входило его разочаровывать.

– Успокойся, я с этими задротами давно знаком. Учились в одной школе в Лондоне. Нам же нужно, чтобы они подписали контракт на наших условиях, так вот, они теперь что угодно подпишут, чтобы поскорее с этими тёлочками уединиться.

– Мы должны были их убедить, что сотрудничество будет выгодным, а не парализовать их способность думать. Если мы подсунем им контракт сейчас, в будущем они вряд ли захотят иметь с нами дела, точнее не они, а их бывшее начальство, которое не оставит их у себя в фирме после сегодняшнего вечера. В общем, сегодня делай с ними что хочешь, но завтра, они должны соображать лучше, чем когда-либо в своей жизни, а я поехал.