Читаем В пустыне Мохаве полностью

Тем временем я обдумывал наше положение, и оно показалась мне не таким уж заманчивым. Судя по тому, что я слышал от других, следующий источник воды находился милях в двадцати точно на запад, в Марл Спрингс. Большая часть этих двадцати миль лежала под палящим солнцем пустыни, и если мы выедем сейчас, то можем добраться до Марл Спрингс к рассвету... если не собьемся с пути.

Ну, а если потеряемся... в пустыне раскидано множество костей, чтобы ответить на вопрос, что случится с нами. Больше того, на руках у меня была усталая женщина, которая вряд ли сможет выдержать эту дорогу.

В те годы каждый салун был источником информации. Сидя в салуне или облокотившись на стойку бара, или отдыхая у костра в ковбойском лагере, люди, естественно, разговаривали о тех местах, по которым путешествовали, где побывали, и это, возможно, был единственный способ что-либо узнать о новых землях.

Никто не измерял расстояние в милях, все говорили, что такое-то место находится в одном дне пути, в двух днях и так далее.

Поэтому я много знал о пустыне Мохаве, хотя никогда не пересекал ее раньше. Знал местность, знал источники воды, только никто не предупреждал, что я буду ехать по пустыне рядом с модно одетой женщиной.

Это правда, что до воды, если идти по тропе, миль двадцать, но вода была и к югу от Провиденс Маунтинз, и если нам удастся отыскать один из этих источников, то мы могли бы заночевать там, а затем пробираться к югу. Очень рискованно заходить в пустыню с той стороны, но в этом случае было больше шансов, что мы собьем погоню со следа. Поэтому, оставив Рок Спрингс, мы направились на юг.

Ночь, как и всякая ночь в пустыне, была прохладной, почти холодной. На небе сияло множество звезд, вокруг высились иззубренные откосы угрюмых гор. Мы ехали медленно, поскольку земля была неровной, а местность незнакомой, и нам требовалось тщательно выверять дорогу. Поэтому на шесть миль до каньона Блэк пришлось затратить больше часа.

По слухам в каньоне была вода, но мы не стали разбивать лагерь и двинулись дальше на юг. Сам переход через почти неприступный каньон достался нам нелегко. Днем, возможно, было бы легче, но темнота сильно мешала, и четыре мили до источника Гранит Велл страшно измотали нас.

Мы остановились, не разжигая костра, неподалеку от колодца. На полосе песка между скал я развернул свои одеяла и сказал:

- Вы ложитесь здесь. Я буду спать на песке.

- Я не имею права занимать вашу постель.

- Не спорьте, - оборвал я ее. - Я не могу позволить, чтобы вы завтра весь день падали с коня, а то, что пришлось испытать сегодня, загородный пикник по сравнению с тем, что предстоит завтра.

Местность была каменистая - скалы, да нанесенный ветром песок с чахлыми песчаными растениями на нем. Некоторое время я лежал, рассчитывая наши шансы остаться в живых. В основном, по Мохаве шли северным путем: по старой дороге Гавермент-роуд или по тропе Спэниш-трейл до Каджон Пасс. Но поскольку нас преследовал не Санта-Клаус, стоило рискнуть и пойти южной дорогой.

Там была еще одна тропа, во всяком случае, так говорил Джо Уокер. Очень давно по ней путешествовали индейцы, а лет 50-60 назад проходили испанцы. Рискованная была затея, но нас, Саккеттов, всегда мучило желание разведать новую дорогу, посмотреть новые земли. Ну, а что касается черноглазой девушки... ей тоже следует посмотреть новые земли. Хотя не думаю, чтобы они ей понравились.

Пару раз я взглянул на Доринду Робизо. Она спокойно и крепко спала, как и должно было быть, потому что постель у меня хорошая, и расстелил я ее на дюне, удобной и ровной - получше некоторых матрасов. Я различал только белизну ее лица и черноту рассыпавшихся волос.

Следующие несколько дней будут кошмаром, но почему-то я чувствовал себя лучше, ведя ее рядом с собой.

Хотя она и внушала беспокойство. Почему ее преследовали? И не бежала ли она от правосудия?

Вспомнив людей в баре, я засомневался в том, что она нарушила закон. Слишком уж вид у них был бандитский. В одном я был уверен: если придется встретиться с ними здесь, в пустыне, оружие мне пригодится.

А этот широкоплечий парень у бара... Почему он показался мне знакомым?

Я вздрогнул и проснулся, мгновенно перейдя от глубокого сна к тревожной действительности.

Доринда сидела с широко раскрытыми глазами.

- Мне что-то послышалось, - прошептала она.

- Что?

- Не знаю. Что-то меня разбудило.

Мой шестизарядник был уже в руке, и прежде всего я взглянул на лошадей. Они все стояли с напряженными, вытянутыми головами, глядя через пустыню на восток.

Присев, я осторожно положил на землю револьвер, вытряхнул сапоги скорпионы имеют обыкновение туда забираться - и надел их.

Посмотрев на небо, определил, что время близится к рассвету.

- Вставайте и будьте очень осторожны, - сказал я. - В ночном воздухе пустыни любой звук слышен очень хорошо. Мы выезжаем.

Она не стала возражать, и надо отдать ей должное: собралась она быстрее, чем можно было ожидать от непривыкшей к трудностям женщины. К тому времени, как я оседлал коней, она уже свернула мою постель и свернула отлично.

Приблизившись к ней вплотную, я сказал: