Читаем В ореоле тьмы полностью

Он кивнул и, встав с пола, натянул на себя первую попавшуюся кофту и джинсы, затем помог мне влезть в свою огромную толстовку. Он крепко держал мою руку, ведя по коридору, а потом в сторону машины. Париж спал. Тихим, мирным сном. Ничто не тревожило его. Фонари освещали пустые улицы и дороги. Османовские[38] здания задумчиво подпирали друг друга. А Тео вез меня по пустынным дорогам в сторону моего дома, у двери которого… неожиданно нас ждала целая толпа. Медики, полиция… и пресса. При виде машины де Лагаса журналисты направили на нас свои вспышки.

– Накинь капюшон и спрячь лицо, – произнес Тео; я мгновенно выполнила его просьбу, он потянулся за телефоном и записал голосовое: – Аарон, мы около дома, помоги ей попасть внутрь.

Потом отшвырнул трубку и посмотрел на меня. Я куталась в его толстовку, и он нежно погладил меня по бедру. Телефон пискнул. Де Лагас пробежался глазами по экрану.

– Аарон сейчас подойдет, а мне надо выйти, чтобы отвлечь их, он позаботится о тебе, хорошо?

– Не оставляй меня, – еле слышно попросила я.

Он сжал мое колено:

– Как только охрана приедет и всех разгонят, я поднимусь, обещаю.

– Что здесь вообще делает пресса?

Тео нахмурился.

– Не знаю, – качнув головой, честно ответил он. – Возможно, они караулят меня.

– Но откуда они знали, что ты будешь здесь?

– Не знаю, Ниса…

– Пусть Аарон их отвлекает, я не хочу идти туда без тебя.

– Боюсь, им нужен не Аарон, Ниса, – извиняющимся тоном отозвался он и крепче сжал мое колено. – Я приду, как только наведу порядок.

Он посмотрел куда-то вдаль и кивнул:

– Аарон здесь, я пошел.

Я схватила его за руку, не давая выйти:

– Не оставляй меня.

Тео виновато поджал губы:

– Пресса здесь, скорее всего, из-за меня. Они не дадут нам прохода. Я не могу провести тебя через подобное… Тебе надо увидеть отца, но я обещаю: я приду, как только эти стервятники получат от меня желаемое.

– Тео, мне без тебя страшно, – призналась я.

Он ласково погладил меня по щеке:

– Доверься мне, это самый лучший выход. Я быстро.

– Что мне сказать папе? – растерянно спросила я, полностью отдавая себе отчет в том, что вопрос звучит до нелепости глупо.

– Обними его, у вас одна трагедия на двоих, – продолжая гладить меня, тихо ответил он.

– Ты вернешься быстро?

– Максимально быстро. Я не оставлю тебя одну, – пообещал он.

Я выпустила его ладонь. Тео наклонился и оставил едва уловимый поцелуй на моей щеке. Затем он открыл дверцу машины – щелканье камер затопило улицу. Аарон резким движением потянул на себя мою дверцу и сразу же вытащил меня из машины, скрывая мое лицо у себя на груди. Несколько репортеров попробовали преградить нам путь, но он со злостью отшвырнул камеру одного из них.

– Иди лови эксклюзив от де Лагаса, придурок, – выплюнул он.

Я не видела дороги в собственный дом. Аарон вел меня, крепко стискивая в руках; он пах дорогим пряным парфюмом, и мне не нравился этот запах.

Он толкнул меня в подъезд и наконец выпустил. Я подняла голову и отшатнулась, увидев его лицо. Глаза красные, капилляры полопались. Белая кожа была покрыта красными мелкими точками.

– Аарон…

– Не говори ни слова, – грубо, резко произнес он. – Поднимись в свою квартиру, и увидишь все собственными глазами.

Он грубо вцепился мне в руку, заставляя следовать за ним.

– Где мой папа?

– Ты наконец вспомнила про семью? – едко спросил он.

– Не говори со мной в таком тоне. – Я хотела, чтобы это прозвучало грозно, на деле же из меня вырвался жалкий писк.

– Закрой рот и иди. – Он толкнул меня в квартиру. – Иди прямиком в комнату своей сестры!

У двери стояли два амбала, они закрывали проход полиции. Страж порядка вещал, что сейчас приедут серьезные люди и всем не поздоровится, и как они смеют мешать расследованию?! Я бросила растерянный взгляд на двух огромных охранников, которые стояли и слушали гневные тирады офицера, не двигаясь ни на миллиметр.

– Что происходит, где папа? – обращаясь к Аарону, спросила я.

– Я сказал: зайди в эту комнату, я хочу, чтобы ты это увидела собственными глазами, – сквозь зубы выплюнул он и пихнул меня к двери.

Секьюрити, словно по команде, отошли в ту же секунду, когда я упала в дверной проем. Дверь не была заперта, лишь прикрыта, и я снесла ее своим весом. Она с громким стуком распахнулась. Аарон прошел вслед за мной.

Он не помог мне подняться. Напротив, присел на корточки, чтобы наши лица были на одном уровне.

– Надеюсь, оно того стоило, Беренис, – произнес он, кладя руку мне на подбородок и поворачивая голову в сторону… мертвого тела Клэр.

Кровь была повсюду. Весь пол был в крови… и среди этой огромной алой лужи бездыханное тело моей сестры. Такое бледное на фоне огромного алого пятна.

– Знаешь ли ты, что в среднем у человека от четырех до пяти литров крови?

Я отшатнулась и попыталась отползти к выходу.

– Неа, не так быстро. – Он поймал меня за щиколотку и потянул к ней.

– Пусти, – закричала я, – пусти!

– Нет, ты должна оценить ее последнее творение. – Он подтянул меня к стене, на которой кровавыми разводами был написан портрет Тео. – Как тебе? Не столь талантливо, как выходит у тебя, но все же сходство вышло потрясающим, не находишь?