Читаем В огне любви полностью

Первая пришедшая в голову мысль была о том, почему я не привела себя в порядок перед тем, как уйти из дома. Ну что мне стоило сделать макияж или одеться как-то получше? Не в джинсы и старенький джемпер, а во что-то более элегантное. И прическу могла бы сделать вместо этого хвоста.

Да вот только я не планировала никаких встреч, разве что с девчонками, но они всякой видели меня. А вот Мухин… Перед ним появиться в такой виде оказалось неприятно. Тем более, что сам Кирилл выглядел так, словно собирался фотографироваться для модного журнала.

– Вы такая красивая сейчас…

В первое мгновенье мне показалось, будто он шутит, но, взглянув на мужчину, я наткнулась на абсолютно серьезный взгляд. И не просто серьезный, а полный восхищения. Выходит, Мухин и правда считал меня красивой? Даже сейчас, без косметики и эффектной одежды?

Я отчего-то смутилась. Пожала плечами, отводя взгляд.

– Вы мне льстите. Я вышла прогуляться и совершенно не рассчитывала кого-то встретить. И вид почти домашний.

– А мне очень нравится, – уверил меня мужчина. – Вы такая… настоящая. И совсем юная. Как весна.

Я застыла, ошеломленная его словами и даже не пытаясь скрыть собственную реакцию. Это было невозможно. Слишком сильно задели меня его слова. Как весна? Таких комплиментов мне давно не говорили. А может, никогда. Денис и прежде не особенно щедр был на подобные признания, а теперь вообще почти не смотрел в мою сторону. И не подозревал, как хочется иногда услышать что-то доброе.

– Я смутил вас? – осторожно поинтересовался Мухин. – Простите, Екатерина Сергеевна, не хотел. Я преследовал совсем иную цель: просто высказать свое восхищение. Вы на самом деле прекрасны.

Наверно, я не должна была выслушивать такое от постороннего мужчины. Не имела права. Мне следовало бы прервать его, попрощаться и выйти на ближайшей остановке. Но я… я не могла. В моем окаменевшем, остывшем сердце как будто пробились наружу крохотные ростки ощущений, которые я считала давно угасшими. Действительно, как весной, когда пробуждается после зимнего сна земля и цветы начинают радовать глаз своими яркими красками. Боже мой, я совсем забыла, что чувствуешь, когда тобой восхищаются! Забыла, как это приятно.

Да и потом, я ведь не собиралась делать что-то дурное. Мы просто разговаривали. И этот разговор позволил мне отвлечься, забыть о горьком осадке, оставшемся после общения с мужем. Так почему я не могла позволить себе такого?

– Вы спешите? – поинтересовался Кирилл.

Я покачала головой. Как раз наоборот. Подольше бы не возвращаться домой.

– Тогда, может быть, немного прогуляемся? Если вы не против.

Совсем не против. Я взглянула в окно: автобус как раз проезжал мимо парка. Знакомое место. Потрясающий воздух, озера, множество цветов и смешные белки, бегающие по дорожкам и бесстрашно лакомящиеся прямо с рук. Раньше мы любили гулять там с Денисом. Правда, сейчас я и вспомнить не могла, когда были здесь в последний раз.

– Сходим в парк?

Мухин тоже посмотрел в окно и улыбнулся.

– С удовольствием. Редко получается выбраться, но очень люблю это местечко.

– Вот и отлично, – я поднялась с сиденья и направилась к двери, но мужчина опередил меня и, выскочив из автобуса первым, протянул мне руку.

Я воспользовалась его помощью и благодарно улыбнулась, но сердце сжалось от болезненной горечи. В кого я превратилась, если такой в общем-то совершенно обычный жест вызывает у меня умиление? Почему не вижу ничего подобного от собственного мужа? Он ведь прикасается ко мне, лишь когда хочет секса.

– Все в порядке? – Кирилл чуть нахмурился, внимательно глядя на меня. – Стали такой серьезной. И грустной. У вас все хорошо?

– Вспомнила кое-что, не очень приятное. Ничего страшного.

– Не надо, – он покачал головой. – Пусть все неприятное вас сегодня не беспокоит. Давайте просто получать удовольствие от замечательного вечера. Идем?

Относительную тишину улицы вдруг разрезала сирена, и мимо нас пронеслась пожарная машина. А я снова подумала о Денисе. Он вот также, сломя голову, готов броситься на помощь любому, кто в этом нуждается. Любому, кроме меня. А о том, что необходимо мне, даже не догадывается. Не видит и не слышит. Или, может, просто не хочет. А теперь и я не хочу…

– Да, идем, – я заставила себя улыбнуться своему спутнику. – Вечер и правда замечательный. И я рада, что встретила вас.

Проснувшись, я долго лежал, всматриваясь в светлеющее за окном небо. И чего проснулся в такую рань? На смену нужно было только вечером.

Вчера после ухода жены я позвонил Ангелине. Поддался какому-то кратковременному порыву и набрал ее номер.

– Не работает ваша схема! – рявкнул в трубку, злясь, что поддался на уговоры и решил сделать то, что было написано в том конверте.

– Вы когда-нибудь сажали картошку? – неожиданно поинтересовалась женщина. – Ну или что-то другое? Лук? Зелень?

Я не знал, смеяться мне или попросту выключить телефон. Что за бред она несет? Причем здесь это? Или ее странная теория предполагает еще и огородную практику?