Читаем В начале пути полностью

– Я пописать ходил за кустики.

В это время дом, вспыхнув особенно ярким пламенем, развалился на головешки, рухнула кровля. Васи не было. Собравшиеся ахнули.

– Не нужно было их вызывать, этих пожарников, – сказал один из соседей, – дом мы и сами не потушили бы, зато у нас хотя бы не было человеческих жертв.

– Не слушай его, Витюша! – обратилась к мальчику его учительница Евдокия Яковлевна, пожилая, худая женщина, отличавшаяся скверным, несколько экзальтированным характером. – Только что на твоих глазах этот пожарный совершил героический подвиг, спасая тебя. Конечно, если бы ты предупредил его, что идешь в туалет, он бы остался жив. Но с воспитательной точки зрения, может быть, так даже лучше. Какой вывод ты сделаешь из того, что произошло сегодня? Вот как ты будешь поступать в подобных случаях, когда станешь взрослым?

– Ну, каждый раз, прежде чем идти в туалет, я буду предупреждать пожарных.

– Неправильно! Ты должен был сделать вывод, что в жизни всегда есть место для подвига! А Вася Жарук, – обратилась она ко всем присутствующим, – навсегда останется в наших сердцах. Я тоже была его учительницей несколько раз. Мы всегда будем видеть перед собой его мужественное лицо, и его героический голос всегда будет звучать в наших ушах!

– Ах вы, мать вашу так! Придурки! – действительно раздался голос Васи, откуда-то из-под земли. – Что же вы мне не сказали, что у вас тут погреб под домом выкопан?!

И вслед за этим показалось лицо Васи, не совсем мужественное, но сильно перепачканное сажей.

– Товарищ командир! – закричал Предыбайло, появившись с трофейным брандспойтом. – Я подключился! Сейчас Аверченко начнет качать насос.

– Да качайте уже, черт бы вас побрал! – скомандовал Вася. – Дом не потушили, так хоть физиономию вымою!

Аверченко привел в действие насос, и бесконечный брезентовый шланг надулся, как гигантский питон. Но из брандспойта ничего не потекло. Зато из многочисленных прорех, образовавшихся на сгибах шланга от многолетнего лежания без дела, в небо брызнули сотни фонтанов. И засверкали они в лучах солнца. И засмеялись сельчане, включая Ваню и бабку Василину, которой было абсолютно не жаль эту несчастную развалюху. Она знала, что совхоз построит ей новый красивый дом.

После пожара ребята сказали, что вечером в клубе на центральной усадьбе совхоза будут выступать артисты из района – пианист и скрипачка. Концерт бесплатный. Некоторые из них намерились пойти на концерт. Ване также захотелось послушать артистов. К вечеру, предупредив маму, он отправился на центральную усадьбу. Возле клуба играл совхозный духовой оркестр, собралось достаточно много людей, поскольку был выходной день. Ваня прошел в фойе клуба, который когда-то был домом помещика. Здесь тоже уже было много людей. На дверях в зал стояла заведующая клубом Тамара Фестун, белокурая, приятной наружности женщина.

– Ваня, подойди ко мне. Я хочу тебя попросить помочь мне. Согласен?

– А что надо делать, тетя Тамара?

– Пустяки. Ты сядешь возле пианиста и будешь перелистывать ему ноты.

– Хорошо, только я нот не знаю, – попытался было отговориться Ваня.

– Ничего, ты будешь перелистывать, когда она кивнет. Ты еще маленький, и тебя не так будет заметно на сцене.

Тамара проводила Ваню за кулисы. Вскоре появились и артисты. Она – как показалось Ване, в роскошном концертном платье, он – в строгом фраке со скрипкой в руках.

– Здравствуйте, – поздоровался Ваня. – Я тут переворачивать…

– Знаем, знаем, – сказала пианистка. – Не волнуйся, мальчик. Значит, когда увидишь, что я кивнула, перевернешь лист. И еще: у меня длинное платье, поэтому, когда я буду вставать со стула, чтобы поклониться, отодвигай, пожалуйста, стул. Вот, собственно, и все. Твоя главная задача – нам не мешать.

Но с началом концерта все почему-то пошло не так. Под бурные аплодисменты зала артисты вышли на сцену, за ними и Ваня. Кое-кто из пацанов, увидя на сцене Ваню, звонко свистнул и помахал ему рукой. Ваня от волнения почувствовал, что сейчас произойдет катастрофа.

– Здесь темно, я не вижу, – прошептал он.

– Спокойно, – прошептала в ответ пианистка. – Следи за мной. Когда нужно будет перевернуть страницу, я кивну.

– Головой? – просипел Ваня, уже плохо соображая от волнения.

– Да, – кивнула она.

Она кивнула, Ваня перевернул страницу.

– Рано! – вскрикнула она и свободной рукой перевернула страницу назад.

– Но вы же кивнули! – напомнил ей Ваня и перевернул страницу назад.

– Да я не потому кивнула! Не потому! – нервно зашептала пианистка, играя какой-то сложный пассаж. – Вот теперь переворачивай!

– Вперед?!

– Да!

Ваня перевернул.

– Назад!

– Но почему? Вы же сами сказали перевернуть страницу вперед!

– Но ты перевернул сразу две!..

– Как это две? – Ваня приподнялся и, загородив ей нотную тетрадь, начал разбираться со страницами. – Вот одна… вот… Ах, да, действительно!

– Да что же ты делаешь? – взмолилась она и, изловчившись, шлепнула Ваню по руке. Он автоматически шлепнул ее по рукам. Она вскрикнула. Скрипач вздрогнул и взял фальшивую ноту.

Так, переругиваясь, доиграли, наконец, «Крейцерову сонату». Народ зааплодировал.