Читаем В начале пути полностью

– Пошел вон отсюда! Чтобы я тебя больше не видел в школе!..

Васю спасло только то, что его родной тетке, работавшей санитаркой в сельской лечебнице, удалось достать справку, что в тот день Вася от страха перед педсоветом путал реальность с вымыслом. Таким образом, он был восстановлен в школе.


В конце учебного года пятиклассники сдавали выпускные экзамены по математике, по украинскому и русскому языкам. Все экзамены письменные. Ваня все экзамены сдал на «отлично» и, как всегда, закончил пятый класс с похвальной грамотой. Придя домой, он поделился этой новостью с мамой и Аней. Мама похвалила его, угостив вкусной плациндой и свежим молоком.

– Чем будешь заниматься на каникулах? – спросила мама.

– Не знаю. Николай Сергеевич говорил, что можно попробовать пристроить к трактористам на сеялки или на току зерно перебирать…

– Ты не торопись, отдохни немного, с ребятами пообщайся, а то сидишь над своими книжками.

– Да я и так общаюсь. Завтра договорились сходить в Горьево в библиотеку обменять книги. Хочу Жюль Верна почитать. Ребята говорят, очень интересные книги у него. Фантастика, приключения! Про моряков люблю, летчиков.

– Вот окончишь школу, поступишь в мореходное училище и сам будешь моряком.

– Когда это еще будет!

– Ваня, время бежит очень быстро. Кажется, совсем недавно мы сюда переехали, а ты уже в шестой класс перешел…


Ваня целую неделю оставался дома. Помогал маме посадить в огороде, много читал, иногда с ребятами на ровной площадке под горой играл в футбол.

В один из этих дней, когда они играли в футбол, раздался шум и крики: «Пожар! Пожар!»

Горела землянка бабки Василины, одинокой женщины, хата которой была под горой, несколько на отшибе от села.

Все ребята побежали на место пожара. Возле землянки уже собралось с десяток человек народа. Некоторые из них помогали выносить нехитрый скарб бабки Василины. Вдруг, оглашая округу звоном медного колокола, к месту пожара подкатила телега, выкрашенная в красный цвет, с установленной на ней ручной помпой и тремя пожарными. Старшим оказался Вася Жарук.

– Внимание, товарищи бойцы! – закричал он, соскакивая с телеги. Вижу пожар второй степени. На боевой рубеж выходи!

Пожарные также спрыгнули с телеги.

– Стоп, стоп! – закричал Вася. – Почему спрыгнули медленно? Давайте снова на телегу и спрыгните еще раз!

– А может, тушить начнете? – раздался чей-то голос. – Вон уже и крыша горит.

– Кто здесь ответственный – вы или я? – возмутился Вася. – Где мне подчиненных учить, как не в боевой обстановке? Вижу пожар теперь уже третьей степени! На боевой рубеж выхо-ди!..

Пожарные проворно спрыгнули с телеги.

– Ну вот, теперь гораздо лучше, – оценил Вася.

Но один из бойцов присел, схватившись за ногу.

– А, черт, нога!..

– Что «нога»? – спросил его Вася.

– Да вот, подвернул, черт бы ее побрал.

– Ну, ничего. Это даже хорошо. Рядовой Предыбайло, вправьте ему сустав!

– Не даются мне эти переломы, товарищ командир.

– Какие переломы, у Аверченка вывих!

– Так это сейчас у него вывих, а как я за лечение возьмусь, будет перелом.

– Не станет этот дом гореть два часа, – заметил кто-то из собравшихся селян, – максимум минут двадцать.

– Ладно, – сказал Вася, – ты, Аверченко, пока отползи в сторонку, а ты, Предыбайло, бери брандспойт и подсоединяйся к колодцу. Где у вас тут колодец?

– Какой колодец? У бабки Василины возле дома отродясь колодца не было, – сказали из толпы.

– Так что же вы тогда технику сюда вызвали, людей? И что это за мода такая пошла – чуть дом загорится, сразу пожарников вызывать? Мы тут стараемся, делаем все возможное и невозможное… Теряем личный состав! А у вас даже колодца нет.

– Колодец есть, но он вон внизу, возле огорода Яремчука, – сообщили из толпы. – До него метров сто будет.

– То есть как это? – растерянно спросил сам себя Вася.

– А что если мы, товарищ командир, трофейный брандспойт подключим? – предложил Предыбайло. – У него, наверное, шланг достанет.

– Отставить трофейный! Мы его бережем для особенно ответственных возгораний. Если совхозная контора, не дай бог, загорится или дом директора совхоза.

– Да не загорятся они. Вон сколько лет прошло, а еще ни разу не горели. Так и не узнаем мы никогда, что же оно такое, эта зарубежная техника.

– Ну, так и быть, подключайте! – сдался Вася.

– Слушаюсь! – обрадовался Предыбайло и, подхватив брандспойт, побежал к колодцу.

– Надеюсь, в доме никого не осталось? – спросил Вася у бабки Василины.

– Да нет, – ответили из толпы, – мы даже и вещи все ценные вынесли…

– А Витюшка мой где?! – запричитала вдруг бабка Василина. – Ой, люди добрые, Витюшка, внучок… Я же и забыла про него…

– Ну, знаете! – возмутился Вася. – А ну быстро облейте меня чем-нибудь!

– А чем мы тебя обольем? У нас ничего нет! Можем только обоссать!

– Да что я тут с вами разговариваю?! Эх, была, не была!.. – и Вася, сделав два гигантских прыжка, исчез в клубах огня и дыма.

– Бабушка, а бабушка, – прозвучал в наступившей тишине детский голос, – а чего это дядя в самое пекло полез?

– А кто это сказал?.. Это ты, Витюша?.. Ой, слава тебе, господи… Чтоб тебя черти забрали, байстрюк! Где тебя черти носят?!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Моя борьба
Моя борьба

"Моя борьба" - история на автобиографической основе, рассказанная от третьего лица с органическими пассажами из дневника Певицы ночного кабаре Парижа, главного персонажа романа, и ее прозаическими зарисовками фантасмагорической фикции, которую она пишет пытаясь стать писателем.Странности парижской жизни, увиденной глазами не туриста, встречи с "перемещенными лицами" со всего мира, "феллинические" сценки русского кабаре столицы и его знаменитостей, рок-н-ролл как он есть на самом деле - составляют жизнь и борьбу главного персонажа романа, непризнанного художника, современной женщины восьмидесятых, одиночки.Не составит большого труда узнать Лимонова в портрете писателя. Романтический и "дикий", мальчиковый и отважный, он проходит через текст, чтобы в конце концов соединиться с певицей в одной из финальных сцен-фантасмагорий. Роман тем не менее не "'заклинивается" на жизни Эдуарда Лимонова. Перед нами скорее картина восьмидесятых годов Парижа, написанная от лица человека. проведшего половину своей жизни за границей. Неожиданные и "крутые" порой суждения, черный и жестокий юмор, поэтические предчувствия рассказчицы - певицы-писателя рисуют картину меняющейся эпохи.

Александр Снегирев , Елизавета Евгеньевна Слесарева , Адольф Гитлер , Наталия Георгиевна Медведева , Дмитрий Юрьевич Носов

Биографии и Мемуары / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Спорт
Льюис Кэрролл
Льюис Кэрролл

Может показаться, что у этой книги два героя. Один — выпускник Оксфорда, благочестивый священнослужитель, педант, читавший проповеди и скучные лекции по математике, увлекавшийся фотографией, в качестве куратора Клуба колледжа занимавшийся пополнением винного погреба и следивший за качеством блюд, разработавший методику расчета рейтинга игроков в теннис и думавший об оптимизации парламентских выборов. Другой — мастер парадоксов, изобретательный и веселый рассказчик, искренне любивший своих маленьких слушателей, один из самых известных авторов литературных сказок, возвращающий читателей в мир детства.Как почтенный преподаватель математики Чарлз Латвидж Доджсон превратился в писателя Льюиса Кэрролла? Почему его единственное заграничное путешествие было совершено в Россию? На что он тратил немалые гонорары? Что для него значила девочка Алиса, ставшая героиней его сказочной дилогии? На эти вопросы отвечает книга Нины Демуровой, замечательной переводчицы, полвека назад открывшей русскоязычным читателям чудесную страну героев Кэрролла.

Уолтер де ла Мар , Вирджиния Вулф , Гилберт Кийт Честертон , Нина Михайловна Демурова

Детективы / Биографии и Мемуары / Детская литература / Литературоведение / Прочие Детективы / Документальное