Читаем В ледяном аду полностью

– С твоим-то умением все вокруг подрывать из тебя, не стану спорить, получился бы неплохой политик. Кучу бабок зарабатывал бы. Но должен с тобой не согласиться. Социализм победили не торгаши с функционерами и не физики с лириками. Даже не мировое закулисье, как многие считают. Социализм вместе с его научными и техническими достижениями банально погубили очереди. – Давыдовский говорил так, словно лекцию читал. – Весь социализм был построен по принципу очереди. Они существовали во всех сферах жизни. Очередь на квартиру, на машину, на мебельную стенку, на гарнитуры. Карьеру делали не скачками, а аккуратно ступая по лестнице. Скончался вышестоящий чиновник или на пенсию ушел – все, можешь передвинуться на одну клеточку выше. Так вот потихоньку, понемногу ты продвигаешься по социальной лестнице, у тебя становится больше власти, растет благосостояние. Если ты не согласен с таким положением дел, то сразу же вылетаешь из всех очередей, делаешься невостребованным. Путь тебе не закрыт только в дворники, кочегары, ночные сторожа и ассенизаторы. Ведь там своей иерархии практически не существует. Ну, разве что старший и младший черпальщики при ассенизационном обозе. Но все, выше старшего черпальщика уже не прыгнешь. Сталин это прекрасно понимал. Он регулярно и оперативно уничтожал товарищей, добравшихся до заоблачных высот, считая их зажравшимися. В те времена очередь продвигалась быстро. Для молодых да ранних открывались новые возможности. Освобождались должности, жилплощадь, оклады и спецпайки. Жестоко? Да. Но система исправно работала. Потом настали не столь кровожадные хрущевские годы и времена застоя. Больше чиновников в массовом порядке не стреляли, не сажали. Очереди стали замедляться, вытягиваться. Теперь уже аппаратчики получали должности через десять-пятнадцать лет ожидания, на самых верхах власти засели бессмертные старики. Наконец, молодые люди с бульдожьей хваткой, стоявшие в самом конце очереди, сообразили, что им не удастся добраться до прилавка до самого конца жизни. Не видать им ни должностей, ни престижных квартир. Тогда они объявили перестройку, просто разогнали очередь к чертовой матери и сами хапанули все, что только возможно. Я не говорю, хорошо это или плохо, просто как ученый констатирую факт. Спросите, откуда у теперешних миллиардеров их состояние, каким образом им достались активы? Вразумительного ответа не получите.

– Ваша теория, Михаил Павлович, имеет право на существование, как и всякая другая… – начал было возражать Сазонов, но дискуссия оказалась прерванной.

Стальная дверь с круглым окошечком отворилась, и в корабельное помещение зашел немолодой мужчина в деловом костюме и теплом пальто с меховой подстежкой, надетом поверх него. Выглядел он как топ-менеджер солидной корпорации. Идеальная прическа, каждый волосок аккуратно уложен. Холеное лицо. Немного вороватый взгляд. Весь его прикид вместе с часами, запонками и заколкой для галстука не был броским, но явно тянул не на один десяток тысяч долларов.

Следом за ним шагнули Джон Смит с пистолетом в руке и еще один тип в камуфляже. За спиной у него висела автоматическая винтовка, а в руках он держал раскладное походное кресло.

Пленники зашевелились.

Богато одетый мужчина вскинул руку и сказал по-русски, с легким британским акцентом:

– Не беспокойтесь. Сидите. Здравствуйте. – Он сел в походное кресло, услужливо подставленное типом в камуфляже, поддернул рукава и обвел взглядом пленников, находившихся в помещении.

На несколько секунд здесь воцарилось молчание – таким неожиданным и эффектным было это появление.

– Кто вы такой? – наконец на правах руководителя группы спросил Давыдовский, поднявшись с матраса.

– Я? – Казалось, что незнакомец даже задумался, как представиться. – Можете называть меня мистер Бим или мистер Бом. Нет, давайте все-таки мистер Бим.

– Кого вы представляете? – вновь задал вопрос Михаил Павлович и добавил весьма нервно: – Что вообще происходит? Кто дал вам право?..

Человек с внешностью топ-менеджера замахал руками и заявил:

– Сядьте, пожалуйста. Я себя неловко чувствую, разговаривая с вами, когда вы стоите.

Михаил Павлович поколебался, но все же сел на матрас. Теперь ему приходилось смотреть на мистера Бима снизу вверх.

А тот продолжил:

– Прежде всего я хотел бы высказать свои соболезнования и сожаления по поводу того, что случилось. Погибли ваши соотечественники. Но ведь никто никого не хотел убивать. Планировалось абсолютно другое. – Мистер Бим говорил убежденно, и пленникам хотелось ему верить. – Команда «Профессора Молчанова» первая открыла стрельбу. Потом уже поздно было выяснять отношения, завязалась схватка. Ваши погибшие соотечественники сами виноваты в случившемся.

– Вы убили их. Вы преступники!.. – вырвалось у Марины Островцовой.

Голос мистера Бима внезапно приобрел металлический оттенок:

– Все. Я принес соболезнования, высказал сожаление. Мертвых не воскресить, ничего уже не изменишь. Эта тема закрыта.

– Вы убийцы! – вновь проговорила молодая аспирантка.