Читаем В круге первом полностью

…человеку, знакомому с историей Марфинской шарашки, всё открыло бы в Нержине одного из её основателей. – М. Г. Петрова записала в мае 1969 г. слова А. С.: «9 июля <1947 г.> – открытие Марфинской шарашки. Нас 12 человек зэков-основателей. Потом этим обстоятельством даже гордились» (Там же. С. 432.).

Шарашка названа была Марфинской по деревне Марфино, когда-то здесь бывшей, но давно уже включённой в городскую черту. – Разорённая церковь с длинной трёхэтажной пристройкой, где раньше была шарашка, находится теперь внутри целого квартала, занятого НИИ автоматики и обнесённого глухим забором. Бывшую церковь поглотила многоугольная кирпичная башня в пять этажей с балюстрадой поверху. Адреса институтского городка: Ботаническая ул., 25 (напротив входа в Главный Ботанический сад РАН им. Н. В. Цицина); ул. Академика Комарова, 2; Марфинский пр., 4.

В начале ноября 1961 г., рискнув передать в редакцию «Нового мира» машинопись лагерного рассказа «Щ-854» («Один день Ивана Денисовича»), А. С. задержался в Москве, чтобы прочитать полученный на три дня самиздатский перевод романа Эрнеста Хемингуэя «По ком звонит колокол». Снял койку в окраинной гостинице.

«Гостиница оказалась в Останкине, совсем рядом с той семинарией-шарашкой, где происходит действие моего “Круга” и где, уже с первым лагерным опытом, я по-серьёзному начал писать в 1948, – рассказывает А. С. – Перемежая с Хемингуэем, я выходил побродить мимо забора своей шарашки. Он всё так же стоял, по тому же периметру обмыкая всё то же малое пространство, где когда-то стиснуто было столько выдающихся людей и кипели наши споры и замыслы.

В десятке метров брёл я теперь от того архиерейского домика-ковчега и тех лип, вечных лип, под которыми три года вышагивал-вышагивал-вышагивал утром, днём и вечером, мечтая о далёкой светлой свободе – в иные, светлые, годы и в посветлевшей стране» (А. Солженицын. Бодался телёнок с дубом. С. 22.).

16 января 1997 г. А. С. был допущен на режимный объект. Впечатления писателя от этого посещения записал журналист В. В. Умнов в репортаже «Солженицын снова в “шарашке”»:

«Подъезжал раньше сюда раза два, показывал “шарашку” издали жене, друзьям… Не думал, что придётся здесь побывать. Ходил и оторваться не мог. В некоторых комнатах – поразительно! – планировка не изменилась, ну всё-всё на месте стоит. Вы знаете, в долгих жизнях такое бывает: кажется, прошлое отодвигается на большое расстояние, и уже не верится, что это было в твоей жизни. И вдруг попадаешь сюда снова – совершенно потрясательное впечатление. Такое совпадение: в этом году 9 июля исполнится ровно 50 лет со дня основания этого учреждения… Посадили нас тогда на грузовичок, очень всё было по-домашнему – и привезли в Марфино. Первые полгода мы тут жили удивительно свободно. Занимались полегонечку, оборудовали лаборатории, я библиотеку устраивал. Вечерами читал, сколько угодно. В „общежитии” слушали Би-Би-Си. Ходили мы свободно, убежать ничего не стоило, только никому это в голову не приходило. А два уголовничка были с нами, они взяли и убежали… После этого, с февраля 1948-го, всё здесь перестроили. И началась история, которую я описал в “Круге первом”» («Огонёк». 1997. № 4. С. 21.).

…шарашку передали из ведомства Берии в ведомство Абакумова… – то есть из Министерства внутренних дел в Министерство госбезопасности. Это случилось 21 апреля 1948 г. «Начальником стал Антон Михайлович В<асильев>» (Лев Копелев. Утоли моя печали. С. 46.).

Речи знаменитых адвокатов. – Скорее всего, из семитомника «Русские судебные ораторы в известных уголовных процессах» (М., 1895–1903).

Мемуары Кони. – Мемуары российского юриста, члена Государственного совета, выдающегося судебного оратора А. Ф. Кони (1844–1927) собраны в пятитомнике «На жизненном пути», изданном в 1912–1929 гг.

«Работу актёра над собой». – Речь о книге К. С. Станиславского «Работа актёра над собой: Работа над собой в творческом процессе переживания: Дневник ученика» (М.: ГИХЛ, 1938).