Читаем В Кэндлфорд! полностью

Однако выяснялось, что Эдмунд уже не претендует ни на цилиндр, ни на участие в погребальных церемониях. И вообще не хочет быть ни плотником, ни каменщиком. Он был бы не прочь стать машинистом, но чего ему действительно хотелось, так это путешествовать и повидать мир. Значит, надо идти в солдаты, сказала мать, а что такое отставной солдат? С его тягой к странствиям и почти непременным пристрастием к выпивке он непригоден к обычной жизни. Посмотри на Тома Финча, желтого, как гинея, изъеденного малярией, изредка копающегося в земле и живущего, хотя жизнью это назвать нельзя, от пенсии до пенсии. Но даже если бы Том был здоров, он не владеет никаким ремеслом, а что такое для молодого парня возделывать землю?

И тут Эдмунд поразил и ранил Эмму, как никогда в жизни.

– А чем плохо возделывать землю? – спросил он. – Людям нужна еда, и кто-то должен ее выращивать. Такая же работа, как и прочие. Я скорее предпочту прокладывать ровные борозды в поле, чем снимать стружку в столярной мастерской. Если мне нельзя стать солдатом и отправиться в Индию, я останусь здесь и буду трудиться на земле.

После этого мама немного всплакнула, но потом приободрилась и заявила, что Эдмунд слишком мал, чтобы в себе разобраться. У мальчиков иногда возникают подобные фантазии. Он вскоре одумается.

Несостоятельность Лоры беспокоила ее сильнее, ведь та была на два года старше Эдмунда и приближалось время, когда ей придется самой зарабатывать себе на жизнь. Возможно, у Эммы уже появились сомнения насчет будущей профессии дочери, и именно потому она казалась такой холодной и сдержанной в обращении с нею. Развязка наступила в тот день, когда Лора, нянчившаяся с малышом и державшая в руке книгу, рассеянно шлепнула по маленькой ручонке, пытавшейся вцепиться в ее длинные волосы.

– Лора, мне жаль это говорить, но я совершенно разочаровалась в тебе, – со всей серьезностью объявила мама. – Я уже десять минут наблюдаю, как ты сидишь, держа на коленях этого невинного малыша, а сама с головой погрузилась в дурацкую старую книжку и ни разу не взглянула на его прелестные ужимки. (Ах ты, мой бедняжечка, позабыть про такого чудесного ребенка! У того, кто способен читать книжку, держа тебя на коленях, должно быть каменное сердце. Иди же к мамочке. Уж она-то не оттолкнет тебя, милый крошка, когда тебе захочется поиграть с ее волосами!) Нет, так не пойдет, Лора. Из тебя никогда не получится няня, как ни жаль мне это говорить. Я знаю, ты любишь малыша, но у тебя просто нет навыка обращения с детьми. С тобой ребенок вырос бы совершенным тупицей. С ним надо разговаривать, играть и развлекать его. Ну не плачь. Надо полагать, ты такая, какая есть. Придется придумать для тебя что-нибудь другое. Возможно, я могла бы уговорить кузину Рэйчел взять тебя ученицей в ее портновскую мастерскую. Нет, это тоже не годится, потому что шьешь ты еще хуже, чем нянчишься с детьми. Надо будет посмотреть, не подвернется ли что получше; однако надо признать, что для меня это стало большим разочарованием, ведь мне уже было обещано место для тебя.

Итак, в тринадцать лет жизнь Лоры оказалась разрушенной, и не в последний раз, но тогда она горевала куда больше, чем после следующих катастроф, ведь тогда она еще не знала, что за падениями следуют взлеты и не бывает окончательных поражений, пока жизнь продолжается. Не то чтобы девочка особенно мечтала стать няней. Она часто задавалась вопросом, годится ли она для такой жизни. Детей Лора любила, но достанет ли у нее столь необходимого терпения? Она знала, что умеет развлекать детей постарше, однако с малышами становилась раздражительной и неловкой. Девочку терзало сознание собственной неудачи: она подверглась проверке и была признана непригодной.

Оставался также вопрос, чем она могла бы зарабатывать на жизнь. Лора подумала, что, как и Эдмунд, хотела бы возделывать землю. Эпоха сельскохозяйственных работниц еще не наступила, но несколько пожилых женщин из Ларк-Райза работали в поле. Лора гадала, пожелает ли фермер ее нанять. Она боялась, что не пожелает; а если и пожелает, то родители не дадут своего согласия. Но когда девочка сказала об этом Эдмунду, который застал ее плачущей в дровяном сарае, тот заметил:

– А почему бы и нет?

Как выяснилось, у него уже имелся план. Брат с сестрой должны были поселиться вместе в маленьком домике и оба трудились бы на земле; Лора могла бы заниматься домашним хозяйством, поскольку у батрачек рабочий день был короче, чем у батраков; а возможно, ей вообще не пришлось бы выходить в поле, она просто осталась бы дома и вела хозяйство брата, как другие женщины ведут хозяйство своих мужей. Они толковали об этом всякий раз, когда оставались наедине, даже подбирали себе коттедж и обсуждали, как будут питаться. Главное место в будущем меню отводилось пирогам с патокой. Но когда дети наконец поведали о своем плане матери, та ужаснулась.