Читаем В интересах истины полностью

14 июля прокурор Центрального района Михаил Анахин возбудил уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного статьей 105 Уголовного кодекса — «убийство». Трупа Максима, к счастью (как нам тогда казалось), никто не видел, но такая практика распространенная: когда исчезает человек вместе с машиной, то розыскное дело довольно быстро превращается в убойное. Нам такой поворот событий на руку — все-таки у районной прокуратуры возможностей побольше, чем у оперативников розыскного отдела.

Опять же опера убойного отдела Центрального РУВД (при поддержке коллег из Калининского) работают очень грамотно. Буквально в течение нескольких дней Максим, его машина и сотовый телефон были объявлены в розыск (эта процедура довольно сложная и имеет специальные названия, но суть проста: если где-то в поле зрения правоохранительных органов попадет человек — живой или мертвый, его машина или заработает трубка, об этом сразу же станет известно инициаторам розыска — прокуратуре Центрального района).

Конечно же, основная версия несчастья, случившегося с человеком, менявшим квартиру, — деньги, которые им для этого обмена были приготовлены. Учитывая тот факт, что Максим хотел продать свою однокомнатную квартиру на Чайковского и купить двухкомнатную где-то поблизости, нетрудно сообразить, что он собирался доплачивать.

Мы установили: Максим арендовал банковскую ячейку в Промстройбанке и имел две кредитные карты. Сотрудники правоохранительных органов проверили: после исчезновения Макса ни одной из кредитных карт никто не пытался воспользоваться, а все деньги, которые наш коллега хранил в банковской ячейке для обмена квартиры, лежат там и по сей день. Что бы с Максимом ни случилось, с деньгами на обмен квартиры это не связано.

Тем временем подоспели телефонные распечатки. Несколько суток кропотливой работы позволили воссоздать практически полную картину последнего дня Максима Максимова. Итак, 29 июня 2004 года.

В 9.03 утра Максим принимает письмо на свой электронный почтовый ящик, потом работает над интервью с Александром Бастрыкиным (тогда — глава Управления Минюста по СЗФО), без минуты девять отправляет его в редакцию «Города». В 11.15 звонит знакомому офицеру ФСБ, чтобы договориться о встрече, потом выходит в Интернет, потом звонит с сотового телефона главному редактору «Города» Сергею Балуеву, чтобы тот подтвердил получение послания.

Примерно с полудня до 15 часов Максим находится в городском суде — слушается «дело Старовойтовой», потом звонит подруге, приятелю, около половины пятого вновь созванивается с офицером госбезопасности, с которым они практически сразу после этого встречаются и едут в издательство «Метроном», расположенное на улице Одоевского (у них были совместные планы по изданию книги).

В 16.34 у Максима Максимова появляется новый абонент — заместитель главного редактора журнала «Русский джокер» Андрей Исаев. Исаев как раз собирался создать и возглавить петербургский корпункт московской газеты «Интеллект, творчество» и очень хотел видеть среди своих авторов Максима. В тот день Макс был очень занят, поэтому Андрею Исаеву пришлось звонить аж пять раз, пока Максим не смог назначить ему конкретное время встречи.

Настойчивость Исаева позволила нам четко отследить передвижения Максимова по городу и предельно локализовать зону поиска. В последний раз Андрей Исаев звонил Максиму в 19.35, по его словам, Максимов назначил ему встречу через час в кафе «Колобок», что на углу проспекта Чернышевского и улицы Чайковского.

Судя по распечатке сотового телефона Максима, эту встречу он назначал, находясь в непосредственной близости от «Колобка» — именно там расположена соответствующая базовая станция компании «МегаФон». Напрашивался вывод о том, что ему нужен был час, чтобы успеть на еще одну короткую встречу…

В середине июля к нам поступила информация о том, что «заговорил» сотовый телефон Максима. Некий гражданин приобрел его в расположенном на рынке «Юнона» магазине, торгующем подержанными трубками. Юноша наркоманского вида 30 июня сдал туда трубку Максима за 1500 рублей. В связи с этим был опрошен хозяин скупки бэушных трубок, со слов которого составили композиционный портрет принесшего трубку наркомана. Как всегда в подобных случаях, сам по себе этот факт ни на шаг не продвинул нас в понимании того, что же случилось с Максимом.

А в среду, 28 июля, почти через месяц после пропажи, около отеля «Санкт-Петербург» была обнаружена машина Максима. Благодаря профессиональным навыкам бывшего сотрудника милиции Сергея Уланова (прочитав статью в газете «Тайный советник», Сергей обратил внимание на черный «форд», припаркованный у отеля). Предварительное мнение экспертов на тот момент: машина припаркована хозяином, с которым внутри машины ничего плохого не произошло.