Читаем В городе Солнца полностью

Вскоре они пролетели весь центр и оказались где-то на юго-западной окраине, потом – в ещё более отдаленном, не плотно отстроенном районе. Пошли какие-то уродливые и скабрезные здания, перемешанные с кварталами жалких лачуг и мусорными свалками. Постепенно исчезли верхние ярусы над головой.

Они долго кружились над этим неуютным сектором. И, наконец, завернули в подворотню большого серого дома, на фасаде которого красовалась табличка: улица Металлопластстроя, 208. Цоколь дома был весь расписан «граффити» из баллончиков с краской.

Кролас снял флайеры. И ему сразу стало неуютно, даже жутко. Хотя, было еще совсем светло.

«Страшный райончик. Должно быть, шпаны и отморозков здесь полно», – подумал Иоганн и весь напрягся.

– Кажется, нам – во двор-р, – прокаркал вран.

Но, в глубине двора не оказалось подъездов. Значит, надо было выйти на другой стороне дома. А во двор выходило лишь окно комнаты, в которой жила Линда. Они вышли через арку подворотни, соединяющей этот дом и следующий. Оказавшись на соседней улице, нашли нужный подъезд. Зря Иоганн заранее боялся, что на подъезде будет кодовый замок, а он его не знает: на нужном им подъезде красовалась вывеска: «Визаж-ателье „Супер выход“. Первый этаж. Цены умеренные. Всё для вас». А на ступеньках сидел чернокожий плечистый парень, по-видимому, работавший при ателье охранником и вышибалой.

Иоганн упаковал прокатные флайеры в бигпакет, вынутый им из кармана и автоматически, при его встряхивании, принявший чудовищные размеры. Флайеры совершенно спокойно туда поместились. Потом он не спеша поднялся по ступенькам к прозрачным дверям.

Парень, сидевший там, сказал ему, улыбаясь:

– Вы проходите, но госпожа пока не принимает. Подождите немного в фойе.

Но Кролас, по журналистской наглости, расположился не при входе. А развалился в глубоком мягком армчеаре следовавшего за фойе визаж-холла. Здесь были выставлены голографические изображения причесок, одежды и прочего аксессуара на любой вкус и в любом стиле – от флайер-костюма до гросс-подиум фэнтези аксессуара. Кроме светящихся витрин, остальное помещение утопало в полумраке.

Иоганна не очень интересовали модные «прикиды». Он достал из кармана самовоспламеняющуюся сигарету «Вечерний Ростов» и, дунув в неё, закурил, выпуская кольца дыма в противоположную от врана сторону.

Прошло немного времени, и в помещение влетела запыхавшаяся девушка. Вначале, в полумраке холла, Иоганн принял её за посетительницу, не разглядев в полумраке лицо. Но потом к ней откуда-то выбежал маленький пушистый лисокотёнок, выскользнув чуть ли не из-под ног Кроласа, и начал тереться о ноги мордочкой. И тогда он понял, что это и есть хозяйка ателье.

Она подхватила на руки лисокотёнка и приблизилась к посетителю, сидящему в армчеаре. Теперь, вблизи, он узнал её, как всегда узнавал в любом наряде. Эти выразительные черные глаза, вопросительно-поднятые ресницы, задорная чёлка и хрупкие руки с тонкими пальцами явно выдавали Линду Аувербах.

Увидев Иоганна и бегло осмотрев его джинсы и ковбойку, она, видимо, сразу поняла, что это – не клиент её «Супер выхода» и строго спросила:

– Вы из газеты? Журналист?

Он молча кивнул. Зачем скрывать очевидное?

– Тогда вы, наверное, Иоганн Кролас?

– Да, но почему вы меня узнали? – спросил он.

– Просто, я читала все заметки о себе, какие мне попадались. Везде – сплошные помои. И только Иоганн Кролас всегда писал обо мне с плохо скрываемым интересом и симпатией.

Иоганн слабо улыбнулся.

– Как вы меня нашли? – спросила Линда. – Не скажете же вы, что попали сюда случайно?

– Не скажу, – ответил он двусмысленной фразой.

– Понятно. Впрочем, не важно. С сегодняшнего дня я не прочь снова дать интервью. По одной простой причине: за мной следят. А я не хочу просто взять и внезапно исчезнуть. Да ещё и так, что меня никто и искать не будет.

По тому, как нервно она поглаживала лисокотёнка, Иоганн понял, что Линда была взволнована не на шутку. Затем он достал из кармана небольшой прибор и нажал на нём кнопку активации. На минуту у них обоих заложило уши, а потом всё стало по-прежнему.

– Что это? – спросила Линда.

– Вы не знаете? Никогда не пользовались? Это гиперблокиратор «Секрет». Мы, журналисты, нередко пользуемся такими игрушками, когда хотим, чтобы о нашей беседе никто не узнал. Такое устройство блокирует все подслушивающие и подсматривающие аппараты. Создавая «фон»: видимость или слышимость какой-нибудь звуковой или визуальной заставки. У меня, например, фонит ругань и показ зверского мордобоя. Мы часто прибегаем к этой «штучне», ведя с кем-нибудь, к примеру, финансовый договор о неразглашении…

– Предельно понятно, – Линда поморщилась.

– Нет, вы не так меня поняли. Я не буду требовать с вас денег за молчание. С вами я хотел бы поговорить секретно для вашей же безопасности. Я помещу в газету только те сведения, которые вы разрешите…

– Ладно. И… Знаете, за мной следят. С недавнего времени. И сейчас за мной следовали неизвестные… Я всегда была смелой, пускалась в странные развлечения…

– Вы играли с огнем…