Читаем В битвах под водой полностью

— Хочу вас с самого начала ориентировать, — продолжал капитан второго ранга, усаживаясь за рабочий стол. — Вам придется сдать следующие экзамены: устройство подводной лодки, уход за механизмами, организация службы, морской театр, противник морской и сухопутный, а также знать все боевые наставления и инструкции.

— Так точно, мне комдив все сказал, — вставил я. — и в моем блокноте уже сделана соответствующая запись.

— Где вы научились перебивать старших при раз-говоре?

— Виноват! Прошу прощения!

— То-то же! — Куделя внезапно улыбнулся. — Комдив вам не все сказал, я хочу пояснить более подробно…

И действительно, оказалось, что предметов для предстоящих экзаменов было гораздо больше, чем я предполагал.

— Таким образом, получается, — заключил Куделя, — для того чтобы вас выпустили в море как командира корабля, Надо вам получить четырнадцать пятерок, не меньше. Одна же четверка может испортить все дело. При этом все экзамены надо сдать за четырнадцать дней, учтите.

— Да, по предмету в день…

— Нет, не так. Последовательно эту задачу нельзя решать, у вас не хватит времени, — он посмотрел мне в глаза. — Нужно все предметы изучать одновременно, только так. Тогда на каждый предмет получится по четырнадцать дней. Вполне достаточно, не правда ли?

Мы рассмеялись.

— Иначе нельзя, работать приходится именно так. Вы же видели: «М-35» стала гвардейской. Чем хуже матросы вашей «Малютки»? Ничем, правда? Значит, и ваша лодка должна быть гвардейской…

— Ну-у, гвардейской! Нам бы… хотя бы размочить…

— Почему «хотя бы»? — спросил начальник штаба. — Вашей лодке легче стать гвардейской, чем той же «М-35»…

— Почему?

— Потому что в вашем распоряжении, милый мой, теперь боевой опыт гвардейцев. Изучайте его и используйте. Они ведь этого не имели…

Спорить против таких доводов было трудно. За год войны наши подводные лодки на Северном флоте, на Балтике и на Черном море получили колоссальный опыт боевых действий. Изучение и умелое использование этого ценнейшего опыта предопределяло успехи в бою и намного облегчало выполнение боевых задач в море. И кто исходил в своей работе и учебе именно из этой простой истины, тот неизменно находился в числе передовых воинов-победителей, будь это на море, в воздухе или на сухопутье.

Капитан второго ранга приказал мне составить план моих личных занятий и подготовки экипажа к выходу в море и представить его на утверждение командования не позже следующего дня.

Вечером я пригласил к себе рабочих.

— Я уже знаю. о чем ты меня будешь спрашивать, Ярослав Константинович. Ефим Ефимович опустился на предложенный ему стул и пригладил поседевшие пышные усы.

— Тем лучше, дядя Ефим, ведь мы старые знакомые.

— Твой новый экипаж хороший… люди трудолюбивые, добросовестные и… очень хотят, рвутся, можно сказать, в бой. Но… только все зависит от тебя! Ефим Ефимович многозначительно посмотрел на меня. — Только от тебя! Твой предшественник был мягковат. А начальник должен быть твердым и справедливым, понял?

— Главное — надо быть справедливым! — поддержал старика Селиванов.

— Это он меня упрекает, — пояснил, улыбаясь, Метелев, — дескать, он много работает, а я его мало хвалю. А зачем хвалить? Его недавно наградили медалью «За боевые заслуги». Вот и похвала!

— Поздравляю! — сказал я, протягивая руку Селиванову.

— Будто я и впрямь требую, чтобы меня хвалили, — оправдывался смущенный Селиванов.

— Прошу меня извинить, товарищи, — спохватился я. — Нечем угостить. Только сегодня прибыл на корабль…

— Это ты брось, Ярослав Константинович, — махнул рукой Метелев, — после войны будем угощаться.

— Надеюсь, еще до конца войны найдем возможность…

— Ну, если найдем, хорошо. — Ефим Ефимович явно не хотел распространяться на эту тему. — Одним словом, ты не уверен, что матросы, старшины да и… видать, командиры хорошо знают устройство «Малютки»… В этом дело?

Я утвердительно кивнул головой.

— Да я и сам почти не знаю ее…

— Ну, ты быстро изучишь. А вот у кого образования поменьше или, скажем, кто чванится, стесняется подчиненных, не знает, как к делу приступить, — тому посложнее. Думаю, лучше всего будет не силком, а личным примером.

— Силком и не заставишь, — подтвердил Селиванов. — Это не зачет сдавать.

— И на «Камбале» так было. Зачеты все сдали, а дело знали плохо! припомнил Метелев. — Человек должен сам себя строго экзаменовать. Надо сознанием брать. По-моему, подводники чертежи знают хорошо, а на месте, у механизмов, не всегда разбираются, что к чему. Лодку надо изучать на лодке, самому надо все вычертить с натуры, а не зубрить по чужим чертежам.

— А как, на ваш взгляд, дисциплина на корабле?

— Нормальная, — просто ответил Ефим Ефимович. — Дисциплина может быть и лучше, если крепче возьмешь, может остаться и такой. Народ хороший, люди не подведут…

— А теперь главное: что можно сделать, чтобы ускорить ремонт? Чем можем мы вам помочь?..

— Срок, Ярослав Константинович, ты знаешь.

— Ну, мы постараемся закончить работы пораньше, — перебил Селиванов.