Элизабет вдруг стало трудно дышать. Но когда она заговорила, попыталась голосом не выдать своего волнения.

– Алек, кто еще, кроме тебя и Сэма, знал о существовании отчета?

– Никто. В этом-то и основная загвоздка. Сэм считал, что тот, о ком шла речь в отчете, находится в высшем эшелоне власти в концерне.

Высший эшелон. А Рис не сказал мне, что был в Шамони, пока малютка инспектор не вынудил его сделать это.

Медленно, растягивая слова, словно их клещами вытягивали из нее, она задала ему мучивший ее вопрос:

– Мог Сэм рассказать об этом Рису?

– Нет. А почему ты спрашиваешь?

У Риса был только один способ узнать содержание отчета – выкрасть его. Вот что заставило его поехать в Шамони. И там убить Сэма. Элизабет уже не слушала, что говорит Алек. Шум в ушах заглушил его слова. У нее закружилась голова, и, охваченная внезапно нахлынувшим ужасом, она бросила трубку. В голове у нее все смешалось. В тот раз, перед аварией с джипом, она оставила Рису записку, что уезжает на Сардинию. В вечер аварии лифта Рис отсутствовал на заседании Совета, но объявился позже, когда они с Кэйт остались одни. Думаю, забегу вам помочь. А вскоре ушел. Ушел ли? Ее бил озноб. Здесь какая-то ошибка. Не может быть, чтобы это был Рис! Нет! Все в ней протестовало против этого.

Элизабет встала из-за стола и, пошатываясь, прошла в кабинет Риса. В комнате было темно. Она включила свет и огляделась, не зная, что надеялась здесь найти. Она не хотела доказательств его вины, она хотела найти доказательство его невиновности. Невыносимо было думать, что человек, которого она любила, кто обнимал ее и спал с ней в постели, может быть хладнокровным убийцей.

На столе Риса лежал журнал записи деловых встреч. Элизабет открыла его и пролистала назад к сентябрю, к тем дням, когда она решила поехать отдыхать на виллу, к дням аварии джипа. В календаре у него стояло: «Найроби». Надо будет проверить по его паспорту, действительно ли он туда ездил. Она лихорадочно начала искать паспорт в ящиках стола, внутренне сгорая от стыда, но надеясь, что скоро все очень просто объяснится.

Нижний ящик стола был закрыт на ключ. Элизабет замялась в нерешительности. Она понимала, что у нее не было морального права открывать его. Это было подобно клятвопреступлению, оскорблению чести и веры, непрошеное вторжение, из которого пути назад уже нет. Рис, конечно же, узнает, что она сделала, и ей придется ему объяснить, почему она сделала это. Но она должна знать правду. Она взяла со стола нож для разрезания бумаг и сломала замок.

В ящике стопкой лежали различные деловые записи, докладные записки и справочники. Подняв их, она обнаружила конверт, адресованный Рису Уильямзу. Почерк был женский. Судя по штемпелю, письмо прибыло несколько дней назад из Парижа. Замявшись на секунду, Элизабет открыла его. Письмо было от Элены. Оно начиналось так: «Cheri, я несколько раз пыталась дозвониться до тебя. Нам необходимо срочно встретиться, чтобы обсудить наши планы...» Но Элизабет не стала дочитывать письмо до конца.

Боковым зрением она заметила в глубине ящика выкраденный отчет:

Г-ну Сэму Роффу,

конфиденциально,

в одном экземпляре.

Кабинет поплыл перед ее глазами, и она ухватилась за край стола, чтобы не упасть. Так она простояла целую вечность, закрыв глаза и ожидая, когда прекратится головокружение. Теперь ее убийца обрел лицо. И это было лицо ее мужа.

Тишину разорвал отдаленный настойчивый телефонный звонок. Элизабет долго не могла сообразить, откуда доносился этот звук. Затем медленно пошла в свой кабинет. Подняла трубку.

Голос дежурного оператора весело сказал:

– Просто проверяю, на месте ли вы, миссис Уильямз. Господин Уильямз только что вошел в лифт, чтобы ехать к вам.

И подстроить еще один несчастный случай.

Она была единственной помехой, которую Рису нужно было устранить, чтобы прибрать «Роффа и сыновей» к своим рукам. Как она может смотреть ему в лицо и делать вид, что все в порядке! Да едва он увидит ее, сразу поймет, в чем дело. Бежать! В панике, ничего не видя вокруг, она схватила свою сумочку и пальто и бросилась вон из кабинета. Остановилась. Что-то она забыла? А, паспорт. Надо, чтобы их разделяло огромное пространство, чтобы он не смог ее найти. Она вбежала в свой кабинет, схватила со стола свой паспорт и с бешено бьющимся сердцем выскочила в коридор. Вспышки индикатора на лифте быстро бежали вверх.

Восьмой... девятый... десятый...

Элизабет опрометью бросилась к лестнице.

Глава 52