Былой кошмар со всех сторон снова обступил ее. Элизабет почувствовала, как все глубже окунается в него, словно шлюзы памяти, раскрывшись, разом обрушили на нее потоки ужасных мгновений леденящего душу воспоминания о том смертельном спуске с горы.

– Не понимаю, – вмешался Рис. – Как же никто...

Макс обернулся к Рису:

– Джипы все на одно лицо, как близнецы. На это они и рассчитывали. Когда она врезалась в дерево, вместо того чтобы упасть в пропасть, им пришлось сымпровизировать. Главное было не допустить, чтобы кто-либо увидел джип. Происшествие должно было выглядеть как несчастный случай. Они предполагали, что джип утонет в море. И несомненно, прикончили бы ее на горе, когда она врезалась в дерево, но их опередили ребята из бригады техобслуживания, которые увезли Элизабет в больницу. Тогда они быстренько отыскали другой джип, немного его помяли и подменили им джип мисс Элизабет Рофф до того, как на место аварии прибыли полицейские.

– Вы все время говорите «они», – заметил Рис.

– Тот, кто стоял за всем этим, имел сообщников.

– Но кому надо убивать меня? – спросила Элизабет.

– Тому, кто убил вашего отца.

На какую-то долю секунды ее охватило чувство нереальности происходящего, словно все это происходило не с ней. Словно кошмар вот-вот рассеется как дым.

– Вашего отца убили, – продолжал Макс. – Ему подсунули провожатого, который и убил его. Ваш отец поехал не один в Шамони. С ним был еще кто-то.

Когда Элизабет заговорила, голос ее звучал глухо, как из гроба.

– Кто?

Макс взглянул на Риса и сказал:

– Ваш муж.

Слова, казалось, долетали до нее откуда-то издалека, звуча то громче, то угасая совсем, и ей показалось, что она сходит с ума.

– Лиз, – сказал Рис, – в день смерти Сэма меня там не было.

– Вы были в Шамони вместе с ним, господин Уильямз, – настойчиво повторил Макс.

– Это правда. – Рис теперь обращался только к Элизабет. – Но уехал я до того, как они двинулись в горы.

Элизабет взглянула на него:

– Почему ты мне не говорил об этом?

Он замялся, но затем, казалось, приняв какое-то решение, продолжал:

– Я ни с кем не решался говорить об этом. В течение последнего года кто-то целенаправленно и упорно саботировал «Роффа и сыновей». Делалось это весьма хитроумно и на поверку выглядело как цепь случайных инцидентов. Но мне показалось, что за всем этим просматривается определенная система, и я поделился своими соображениями с Сэмом, и он решил нанять частного сыщика для проведения независимого расследования.

Элизабет знала, что последует за этими словами, и одновременно с чувством невероятного облегчения к ней пришло чувство глубокой вины перед Рисом. Оказывается, ему все было известно о тайном отчете. Ей надо было сразу ему все рассказать, а не таиться.

Рис повернулся к Максу:

– Сэму был предоставлен отчет о расследовании, который подтвердил мои подозрения. Он попросил меня приехать в Шамони, чтобы обсудить план действий. Я поехал. Мы решили, что, пока не найдем виновника, будем все держать в тайне, – в его голос закралась горечь, – однако кому-то, очевидно, что-то стало известно об этом. Вероятнее всего, Сэм и погиб, потому что этот «кто-то» понял, что мы вот-вот доберемся до него. Отчет же исчез.

– Он попал ко мне, – сказала Элизабет.

Рис вопросительно посмотрел на нее.

– Он был среди личных вещей Сэма, – ответила она на его немой вопрос, затем сказала, обращаясь к Максу: – В отчете утверждается, что этот «кто-то» являлся одним из директоров Совета «Роффа и сыновей». Но ведь у каждого из них большой пакет акций концерна. Никак не пойму, зачем же ставить палки в собственные колеса?

– Затем, миссис Уильямз, – пояснил Макс, – чтобы спровоцировать панику, которая заставит банки затребовать обратно свои кредиты. Тем самым они хотели заставить вашего отца решиться на свободную продажу акций. Тот, кто стоит за всем этим, пока так и не достиг желаемого результата. И потому ваша жизнь все еще находится в опасности.

– Тогда необходимо, чтобы полиция охраняла ее днем и ночью, – потребовал Рис.

Макс захлопал глазами и ровным голосом сказал:

– На вашем месте я не стал бы так беспокоиться, господин Уильямз. С тех пор как она вышла за вас замуж, полиция не спускает с нее глаз.

Глава 47

Берлин

Понедельник, 1 декабря – 10.00

Боль была невыносимой, и в течение месяца он стойко переносил ее. Доктор оставил ему какие-то таблетки, но Вальтер боялся их принимать. Он должен все время быть начеку, чтобы Анна не попыталась вновь убить его или сбежать.

– Вам необходимо лечь в больницу, – сказал ему врач. – У вас большая потеря крови...

– Ни в коем случае!

Вальтер не мог позволить себе лечь в больницу. Ведь тогда о характере его ранения станет известно полиции. Он вызвал на дом врача своего филиала, зная, что тот все сохранит в тайне. Полиции в его доме делать нечего! Во всяком случае, не сейчас, еще не время. Доктор, внутренне сгорая от любопытства, молча зашил зияющую рану. Кончив свое дело, спросил:

– Может, мне прислать сюда сиделку, господин Гасснер?

– Нет, не надо. За мной присмотрит моя жена.