Читаем Утомленные вином полностью

В фильме она должгна была играть Любкук Шевцову, но в результате, как она сама говорила, нечистоплотных интриг, эту роль получила «Инка Макарова».

В результате ей досталась роль презренной предательницы Выриковой, которая, опять же по ее словам, «загубила всю ее карьеру».

Молодые поселились в коммуналке на Страстном бульваре, где жили Крепкогорские.

Отец Музы был в свое время одним из аккомпаниаторов Шаляпина, играл на всех инструментах. Ее мать, потомственная дворянка, познакомилась с немолодым музыкантом и подарила ему трех детей.

Первой была Муза.

Судя по всему, мать Музы была смертельно обижена на великого певца, и когда Муза нашла редчайшую фотографию с отцои и Шаляпиным, тот разорвала в клочья.

— Ненавижу! — прохрипела она. — Как он мог так с нами поступить!

В чем заключался поступок Шаляпина, Муза так никогда и не узнала.

В конце 30-х, когда в столичной богеме начались чистки, Крепкогорский, испугавшись, что вместе с ним заберут жену и детей, приладил дома веревку и повесился.

Муза, увидев отца с петлей на шее, несколько дней не могла разговаривать.

Мать Музы оберегала дочь от любых трудностей и сразу же повела себя так, что Юматов был обязан исполнять любые ее прихоти.

Сложно сказать, был ли пр природе сам Жора подкаблучником, но Муза им вертела им как хотела

Бриллианты, золото, красивая посуда, — Муза не ограничивала себя ни в чем и не считала деньги.

— Жорж заработает! — только и говорила она, увидев очердную дорогую вещь.

При этом она покупала себе кольца и браслеты, а Жора довольствовался дешевыми котлетами из соседней кулинарии.

Юматов сам варил обеды и обстировал себя.

Стоило ему только о чем-нибудь попросить жену, как та в ответ томно улыбалась:

— Ты же знаешь, что я спешу!

И тогда вечно голодного Жоржа кормили подруги и родственники Музы. Порою дело доходило до того, что на кухню допускали поклонниц артиста, которые целыми днями дежурили у них в подъезде.

В СССР всегда было нормой, что все хорошее можно было достать только по блату. ТО же самое касалось и продуктов. И когда Муза посылала мужа в Елисеевский клянчить «икру и колбаску», тот темнел лицом.

Унижаться перед бакалейщиками знаменитому артисту не хотлось.

— Ну почему я должен заискивать перед директорами каких-то гастрономов! — возмущался онм… ехал.

Известных артистов часто приглашали к себе на дачи партийные бонзы.

Столы ломились от закусок, водка лилась рекой. Муза любила такие мероприятия — там она могла продемонстрировать свои роскошные обновки, которые ее брат Валера, ставший дипломатом, постоянно присылал из Америки или Швейцарии.

Многие актеры соглашались петь и плясать за накрытыми столами, Юматов только наливал стаканами водку.

— Столько дерьма развелось, — цитировал он Раневскую. — Идешь и боишься, как бы не наступить…

Но еще больше его злило то, почему эти люди жили так, словно все делалось только для них.

Не мешало ему задуматься и о том, что происходит с ним самим, поскольку Муза вила из него веревки.

К этому времени Юматов довольно прочно подружился с алкоголем, и только жена могла его заставить закодироваться или, если ей это было выгодно, спровоцировать его запой.

Продолжались ссоры, и очень часто Муза она хлопала дверью и убегала к очередному поклоннику. Не отставал от нее и сам Юматов, имевший постоянные связи на стороне.

— Жоре, — рассказывал режиссер Георгий Юнгвальд-Хилькевич. нравились хрупкие интеллигентные девушки, которых бы он мог защищать, а в него влюблялись крупные, властные, красивые женщины. Так что это еще большой вопрос — кто кого соблазнял. Он никогда не красовался, что свойственно многим актерам, и при этом в нем было столько обаяния и настоящей мужской красоты, что женщины чувствовали это за версту и не давали ему прохода. Он крутил романы с замужними дамами и нередко дрался с их мужьями, а потом, после съемок, быстро остывал. Я работал с Жорой на двух картинах — «Опасные гастроли» и «Внимание, цунами». Мы оба были алкаши и оба были в завязке. И это очень сильно сближало.

Заметьте, Читатель! Двух артистов сближала не работа, а водка.

Он очень хотел детей, а Муза тянула. Она считала себя незаслуженно обойденной и с утра до вечера ждала, что раздастся телефонный звонок и ей предложат большую и интересную роль.

Роли так и не предложили, а почле очередного аборта детей она уже иметь не могла.

Их совместная жизнь со временем превратилась в самую настоящую муку для обоих. Они стали жить врозь, но не разводились.

И все же, несмотря ни на что, рано или поздно, но Жору и Музу снова тянуло друг к другу. Они снова стали жить вместе.

Более того, у них появилась собственная квартира, и Муза с утра до вечера моталась по Москве в поисках мебели и престижного в те вермена хрусталя.

В их доме всегда толпился народ. Заходил к ним и Высоцкий с Мариной Влади. И не сложног представить, во что в буквальном смысле выливались эти встречи.

Как и многих его других знаменитых собратьев по ремеслу, Юматова буквально преследовали его многочисленные поклонники и поклонницы.