Читаем Усмиритель душ (СИ) полностью

Головокружение сменилось глухотой. Юньланю казалось, что все звуки будто не могут пробиться сквозь толстую стену. Когда до него наконец дошёл смысл слов Чжу Хун, он лишь выругался.

— Да чтоб меня!

Всё происходило слишком быстро. Юньлань ещё не понял, что выбесило его сильнее: что Ван Чжэн опоила его, или что одеялом его укрыл не Шэнь Вэй.

— Дай мне минералки, — мягко попросил Юньлань. — Желательно, холодной.

— Не то чтобы у нас была горячая.

Чжу Хун передала ему замёрзшую бутылку, предварительно стряхнув с неё лёд.

Юньлань отпил немного, а остаток, нахмурившись, вылил себе на голову.

— Ты псих!

— Что ты делаешь?!

Это Чжу Хун и Шэнь Вэй выпалили одновременно.

Шэнь Вэй хотел его остановить, но стоял слишком далеко. Пусть даже Чжао Юньлань и поймал его за тем, что он разглядывал его спящим, Шэнь Вэй всё ещё старался соблюдать дистанцию.

— Линь Цзин, ты остаёшься. Приглядишь за профессором Шэнем и студентами, — сказал Юньлань, выплёскивая остатки воды себе в лицо. Набросив куртку, он вышел за дверь и отшвырнул бросившийся под ноги череп. — Остальные — за мной!

— А с черепами что делать-то? — спросил Линь Цзин.

— Выкопать и уничтожить.

— Но это как-то… чересчур…

— Я бы не трогал их, не вреди они нам. — Юньлань застыл в дверном проёме и холодно добавил: — Но они вредили, и я вправе раскопать все их могилы до единой. Вчера мы вели себя вежливо, и как они приветствовали нас? Сейчас день, так что настало время отплатить тем же. Уничтожить. Ответственность за то, что может случиться после, я беру на себя.

У Чжао Юньланя был разбойничий характер. Когда он злился, никто не рисковал его провоцировать, так что Линь Цзин тоже не стал возражать.

Чжу Хун, однако, нагнала его и сказала:

— Ван Чжэн… возможно, у неё были свои причины.

— Хрень собачья, — ответил Юньлань. — Либо скажи мне что-то, что хренью не является, либо заткнись.

Чжу Хун выдержала от силы пару секунд, а затем выпалила:

— Почему ты не можешь разговаривать нормально? Девушек ты тоже таким тоном кадришь, придурок?

Юньлань обернулся и насмешливо ответил:

— А с чего ты решила, что я стал бы тебя кадрить?

Чжу Хун очень хотелось врезать ему по лицу, но она не посмела. Лишь прошипела гневно сквозь зубы:

— Неудивительно, что все твои отношения плохо заканчивались. Так и будешь один до конца своих дней!

Юньлань быстро довёл группу туда, где они оставили машины, и взял несколько рюкзаков с вещами.

— Машинами туда не добраться, так что пойдём пешком. Тут вода и еда, на случай, если заблудимся. А это, — он вытянул ещё несколько рюкзаков и отдал их Чжу Хун, — отнесёшь в хижину, остальным.

— Ты оставляешь меня здесь? — удивилась та.

— Только не начинай, а? То, что ты выглядишь, как человек, не делает тебя теплокровной. — Юньлань нетерпеливо захлопнул багажник, закрыл машину и махнул рукой Чу Шучжи и Го Чанчэну. — Давай, женщина, иди в хижину, пока не впала в спячку. А, да, это тоже возьми, только разогрей сначала. Не пей холодным.

Он бросил Чжу Хун маленькую бутылочку, в которой она опознала рисовое вино. Этот согревающий напиток на северо-западе не делали, Чжао Юньлань, видимо, специально взял его с собой. Можно было не гадать, для кого.

Чжу Хун была немного тронута, пусть он и выбрал странный способ проявить заботу.

***

Чтобы сберечь энергию, трое мужчин практически не разговаривали на ходу. К счастью, несмотря на сильный ветер, было солнечно и относительно тепло.

Го Чанчэну казалось, что они преодолели уже три-четыре горы и довольно далеко ушли от первоначального места назначения, Речной деревни. Днём они наконец сделали привал в небольшой, укрытой от ветра горной впадине.

Чу Шучжи вскрыл несколько пачек с вяленой говядиной и разделил между остальными. Чжао Юньлань, присев на выступ, открыл подробную карту местности и теперь внимательно её изучал.

— Ты знаешь, куда мы идём? — спросил Чу Шучжи.

Юньлань сделал пометку и ответил, не поднимая головы:

— Место, где жили люди Ван Чжэн, было не в Речной деревне. Я проверил её досье.

Чу Шучжи был удивлён; ему казалось, Чжао Юньлань был слишком занят развлеканием своих многочисленных «братьев» и одержим своим новым увлечением, чтобы уделять внимание важным вещам. Теперь ему хотелось узнать больше.

— А что в её досье?

— Ван Чжэн родом из народа Ханьга, её тогда звали Гэлань. Когда она присоединилась к нам, то сменила имя. Ханьга не были ни дружелюбным, ни гостеприимным народом, и в Речной деревне, так близко к главной дороге, они бы не остались.

— В истории что-то о них есть? — снова удивился Чу Шучжи.

— Не в истории. — Юньлань наметил ещё три точки и пояснил: — Но в Древнем свитке Тёмной магии.

Он расправил карту и обвёл ручкой одну из сделанных отметок. Чу Шучжи решил, что это, видимо, месторасположение наблюдательного пункта.

Чжао Юньлань продолжил: