Читаем Усердная жадность полностью

— Всё дело в концепте относительно субъективного восприятия, оябун-сама, — решил объяснить я свою позицию, — Вот вы оцениваете происходящее с точки зрения работающей структуры, в конструкцию которой уже были вложены ваши силы, а также планируется новое вложение. Я же Герой, призванный из другого мира, то есть, грубо говоря, по отношению к Фиолу — инфантильный ребенок, видящий лишь целостную общую картину. Не зная традиций, условностей, неписанных законов и истории, но — периодически оказывающийся в неприятной ситуации, я решаю эту самую ситуацию наивно и близоруко, пользуясь доступными мне средствами. Кроме того, у меня есть собственные принципы, например — я не убийца. Поэтому, вы сейчас находитесь в состоянии легкого когнитивного диссонанса просто из-за того, что я не режу своим мечом каждого, кто встает у нас на пути, а изыскиваю альтернативные способы решения конфликтных ситуаций. Разумеется, что эти пути имеют последствия, но, в отличие от убийства, эти последствия приходится переживать не мне, а другим. Всё ведь на поверхности!

— «Внимание! Ремесло „Оратор“ получает уровень! Текущий уровень 4»

— «Внимание! Ремесло „Оратор“ получает уровень! Текущий уровень 5»

— «Внимание! Ремесло „Оратор“ получает уровень! Текущий уровень 6»

Если бы не храп Тами, то в машине воцарилась бы полная тишина. Даже Кинтаро во сне перестал улыбаться как дебил где-то на середине этого спича, а его дед так вообще повернулся ко мне на своём кресле, делая ну очень круглые глаза.

— Вы думаете, что я безответственен потому, что не осознаю последствий своих действий или ленюсь их просчитывать, Тсучиноко-сама, — предпринял я храбрую попытку подкачаться еще, — но на самом деле…

— Замолчи!!

Я послушно заткнулся. Так посидели минут пять. Затем Одай спросил:

— Ты зачем снимал штаны с Героини и её спутников? А потом бил их по задницам своим зеленым жезлом?

— Во-первых, они заслужили, — фыркнул я, — Спрятаться в городе от травмированного ими Блуждающего Босса, а затем предъявить вам через суд претензии, что вы увели чужую добычу — это уже за гранью добра и зла! А во-вторых, я не собирался оставлять за спиной живых недоброжелателей, поэтому просто сделал наглой малышке Сизуру-чан и её мужскому гарему… беременность. Пусть лучше рожают, чем за крокодилами и стариками бегают.

— Мач…

— Мм?

— Там же кроме Сизуру одни мужики были…

— А «Жезлу Плодородия» плевать, он всех беременными делает!

Вновь воцарилась тишина. Я искренне недоумевал, что опять не так Одаю. Да, преградивший нам дорогу табун, возглавляемый «мистическим рейнджером» Сизуру Эдонатто, был вполне опасен хотя бы тем, что кроме боеготовности еще и отличался немалым таким 55-ым уровнем. Около десятка мужиков смазливого вида и сама предводительница были серьезно настроены отнять и поделить ценности, что Тсучиноко собрал с тело Кроконатора, и у них бы даже всё получилось… если бы не местная привычка перед дракой разевать пасть, дабы сказать что-то вечное, умное и доброе. А так — не успела прелестная, но чересчур прагматичная Героиня выпукнуть нечто из своего верхнего отверстия, как ей туда набилась пыль, вызванная «Призывом Драки» авторства Саяки Такамацури. Худой, глуповатой, импульсивной и прожорливой девы, которая почему-то не уважает противников. После того, как пыль спала, а побитая могучая кучка разок моргнула подбитыми гляделками, я уже был рядом с ними, радостно применяя своё площадное умение, после которого на ногах и с очками здоровья осталась лишь сама предводительница этой хищной стаи.

Дальше всё было до слез просто — очки здоровья у Сизуру, как у лучницы, были невелики числом, а последствия моих критических ударов достаточно печальны. Получив их от меня, она томно пролетела небольшое расстояние назад из-за воздействия «колдовской пули» Саяки в грудную клетку, а потом была успокоена добрым, но умеренным ударом кулака в ухо. Затем наступило время грабежа и жезла.

Логично? Эффективно? Гуманно? Конечно, да. Разумеется, я целиком и полностью понимаю, что оплодотворять людей зеленой фаллической палкой по жопе есть нечто, что еще хуже изнасилования, но с другой стороны — их пришлось бы либо убивать, либо терпеть преследование, когда Героиня оклемалась бы от удара в ухо. Уж больно настойчиво она в суде верещала о том, что Одай сломал ей труд нескольких лет, «украв» босса. А жители города, вместо того чтобы сделать то, что в таких случаях полагается (сжечь ведьму), почему-то мялись, мямля что-то о «воле богов». Мол, каждый свободный разумный имеет право искать защиту в городских стенах, когда ему грозит такое.

— Я меняю планы, — наконец, выдохнул старик, — Мы едем напрямик, без остановок! Так будет лучше для мира!

— А что, так можно было что ли?! — вытаращился я на оябуна в полном изумлении. Что же он раньше не сказал! Я бы занял куда более активную жизненную позицию в этом мире!