Ящерица — ладно, это вещь эволюционно понятная — либо ты, либо тебя. Но вот остальное… Не герой-любовник я, в самом деле — и именно это смутное ощущение несоответствия царапало душу.

Если припомнить, не было такого, чтобы Анна Михайловна смотрела на меня как-то иначе, чем на трудолюбивого юнита. Хорошо, вчера смутить я ее вполне мог, но вот выйти к ней нагим, да еще не получив сапогом по сокровенному — это уже вне системы. А уж то, что было потом… Можно списать на одиночество зам.шефа, на ее ощущение власти над подчиненным и прочую фрейдовщину…

Можно, в конце концов, потешить свое эго. Мол, неотразим, и то, что три месяца никого — это просто сам никого не искал. Но может, что-то изменилось во мне после перехода?

Оглядел себя в зеркало — мышцы очерчены гораздо сильнее, чем вчера. Жировую прослойку стресс (или камешек с ящера) выжег начисто. Или все нормально, я все придумываю, и просто для Анны Михайловны — такие недо-отношения идеальный вариант? Времени на свидания у нее явно нет, а тут без отрыва от процесса, да еще номинальная власть… Но ведь риск для карьеры — нешуточный?

И как тогда с Лилией? Насколько мог видеть за два года проживания тут, в ее вкусе джентльмены в возрасте, со статными водителями и мускулистыми охранниками. Не слишком ли рискованная слабость провести вечер с соседом, о котором наверняка известно, что госслужащий низовой должности? Хотя, тут все нормально — завершение отношений мне тут же обозначили. Но с чего тогда пал смертью храбрых будильник?

В общем, главная беда этого вечернего самокопания — весь этот успех, это я или это мне «досталось» с «Той Стороны»? И вот то, что уже две девушки из двух методично подчеркивают, что никакого продолжения не будет — это тоже я или ощущение чуждого от «камешка»? Какая-то комбинация, может…

В тяжких раздумьях, спросил совета у интернета, анонимно и без раскрытия подробностей, разумеется.

«Самка ориентируется на здоровье самца при выборе пары, заботясь о здоровье потомства. Но в наше время, не смотря на приоритет механизма эволюции, выбор дополняется критерием состоятельности партнера, его способности обеспечить семью и детей». Хм, логично.

Пробил сетевое имя эксперта через поисковик — Виталик, тринадцать лет. Ясно, понятно.

Хотя, может что-то разумное в этом есть. Здоровье после перехода так и пышет (главное, чтобы не радиацией), а состоятельность моя в глазах окружающих, как и перспективы — ниже плинтуса.

— А как же богатый внутренний мир? — Спросил я задумчиво, глядя на сложенные стопками пачки фунтов стерлингов в сейфе, замаскированном под старый шкаф.

Когда-нибудь накопится на квартиру, с видом на воду или лесной простор.

Хранить деньги в банке — дураков нет, не смотря на возможный процент со вклада. С прошлого года все счета видит налоговая в онлайн-режиме, так что ну его. НДФЛ сожрет гораздо больше, да еще штрафы эти… А что фунты — так после открытия порталов, курсы евро и доллара что-то уж откровенно шатает из стороны в сторону. Ну а на острове и порталов поменьше, и королева все еще — брэнд проверенный, надежный, беглых олигархов с их капиталами не выдающий.

— Может, метнуть десятку во внешний вид и машину? — Задумчиво постукал я пальцем по двери сейфа. — А ради чего?

Аккуратно закрыл дверь сейфа, укрыв декоративной заслонкой, и отправился спать. Думал, сон принесет покой и ясность, а этот день меня наконец-таки отпустит. Ошибся.

Вместе с темнотой комнаты, пришел страх и холод. В смутных тенях от отсвета ночной улицы, виделись камни на скальном полу комнаты-колодца. В шуме далеких машин, шарканье зеленых лап и скрежет копья о камень.

Одеяло не давало тепла, тело трясло, кожа покрылась холодным потом.

Включил свет, чтобы кое-как прийти в порядок, но поднятые воспоминания не хотели уходить. Добрался до кухни, и с сожалением вспомнил, что коньяк унесла Лилия. А новый уже не продадут, двенадцатый час.

— Да какого черта, — злясь на себя и пытаясь победить дрожь, накинул куртку и вышел в коридор.

Звонок у девушки звучал пением птиц, длинным и передушенным пальцем на круглой кнопке звонка.

— Я же сказала, не возвращайся, — произнесли с той стороны двери. — Мы с тобой разного уровня, не понимаешь? Или мне полицию вызвать?

— К-коньяк в-верни, — подрагивая от мандража, произнес я.

С той стороны замолчали, и я вновь вдавил звонок.

Через некоторое время трезвона, дверь открылась с натянутой цепочкой, и мне передали опустошенную на три четверти бутылку.

— С-спокойной ночи, — неловко перехватил я коньяк и ушел к себе.

Вкус коньяка не чувствовался, но объема хватило для сна без сновидений.

Только одна мысль билась на грани сонной хмари. Мысль, может, слишком пьяная, но очень уверенная.

«Я вернусь туда. Вернусь, чтобы победить и больше не бояться темноты.»

Но главное, я помнил ее, проснувшись следующим утром.

Глава 4

Глава 4