Читаем Уроки мудрости полностью

Интерес кизменениюточки зрения на науку и обществопроснулось во мне, когда, будучи девятнадцатилетним студентом, я прочел книгу Гейзенберга "Физика и философия" — классическое повествование об истории и философских проблемахквантовойфизики. Этакнигаоказала — ипродолжает оказывать — на меня огромное влияние. Этоакадемическая работа, местами затрагивающая и технические подробности, новместес тем полная личных и даже весьма эмоциональных высказываний. Гейзенберг — один из основателей квантовой физики, и, наряду сАльбертом Эйнштейном и Нильсом Бором, один из гигантов современно науки — описывает в этой книге удивительную дилемму, с которой столкнулись физики в первые десятилетия нашего века, исследуя структуру атомаи природу субатомных явлений. Исследование привело их в соприкосновениесо странной и неожиданной реальностью, поколебавшей основания ихмировоззрения и заставившей их мыслить совершеннопо-новому. Материальныймир, которыйони наблюдали, не представлялся более машиной, состоящий из множества отдельных объектов, онбылнеделимымцелым: сетьюотношений, которыенеобходимымобразом включали наблюдателя.

Стремясь постичь природу атомных явлений, ученые не могли необнаружить, что их основные понятия, язык, весь способ мышления не годятсядля описания новой реальности.

В "Физикеифилософии" Гейзенбергне только дает блестящийанализ концептуальных проблем, но так же описывает и те огромные личные трудности, с которыми сталкивались физики, когда ход самого исследования заставлял их расширить сознание. Эксперименты на атомном уровнетребовалиновыхкатегорийдля постижения природы реальности, ибольшим достижением Гейзенберга было то, что он ясно понял это. Историяего борьбы и победы — это также история встречи и сотрудничествадвух выдающихся личностей — Вернера Гейзенберга и Нильса Бора.

Гейзенберг начал заниматься атомной физикой в возрасте двадцати лет, придя на курс лекций, которые читал Бор в Геттингене. Темойлекций была созданная Бором новая теория атома, которая воспринималаськак огромное достижение и которую изучали всеевропейскиефизики. Вобсуждении после одной из этих лекций Гейзенберг не согласился с Боромв отношении определенной технической детали, и Бора настолько поразилаясность аргументов молодого студента, что он пригласил его на прогулку, чтобы продолжить обсуждение. Эта прогулка, длившаяся несколько часов, была первой встречей двух выдающихся мыслителей, дальнейшая совместная работа которых стала одной из основных сил в развитииатомнойфизики.

Нильс Бор был на шестнадцать лет старше Гейзенберга;он обладалпревосходнойинтуицией и глубоким ощущением таинственности мира.

На него оказала сильное влияниерелигиознаяфилософияКьеркегораимистическиесочиненияУильяма Джеймса. Он никогда не удовлетворялсяаксиоматическими системами и постоянно повторял: "Все, что я говорю, нужно понимать не как утверждение, а как вопрос". Гейзенберг же обладал ясным, аналитическим, математического склада умом; философской основойдлянего были греческие мыслители, с которыми он был знаком сраннего детства. Бор и Гейзенберг представляли дополняющие друг другаполюсы человеческого ума, динамичное и часто драматическое взаимодействие которых составляло уникальный процесс в истории современной наукии вело к одному из ее величайших триумфов.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное
Этика
Этика

«Этика» представляет собой базовый учебник для высших учебных заведений. Структура и подбор тем учебника позволяют преподавателю моделировать общие и специальные курсы по этике (истории этики и моральных учений, моральной философии, нормативной и прикладной этике) сообразно объему учебного времени, профилю учебного заведения и степени подготовленности студентов.Благодаря характеру предлагаемого материала, доступности изложения и прозрачности языка учебник может быть интересен в качестве «книги для чтения» для широкого читателя.Рекомендован Министерством образования РФ в качестве учебника для студентов высших учебных заведений.

Абдусалам Абдулкеримович Гусейнов , Рубен Грантович Апресян , Бенедикт Барух Спиноза , Бенедикт Спиноза , Константин Станиславский , Абдусалам Гусейнов

Философия / Прочее / Учебники и пособия / Учебники / Прочая документальная литература / Зарубежная классика / Образование и наука / Словари и Энциклопедии