Читаем Упасть в облака полностью

– Я это и имела в ввиду.

В двери защелкал ключ. Родители резко замолчали и сели по разные стороны стола, будто нашкодили.

Маша пришла с раскрасневшимся лицом – то ли от перевозбуждения, то ли от расстройства. Она коротко поздоровалась, удивившись присутствию отца, который в силу своей работы крайне редко бывал дома, и прошмыгнула к себе.

– Что это с ней? – спросил Андрей у жены.

– Не знаю…

Вера заглянула к дочке в комнату – та лежала на кровати, уткнувшись лицом в подушку. Общаться с матерью Маша наотрез отказалась и попросила позвать отца.

Уже больше часа отец и дочь беседовали за закрытыми дверями, из-за которых иногда доносился нечленораздельный гул их голосов. Вера не находила себе места.

«Почему сейчас она позвала его? Что там могло случиться? Надо ли было предупредить Андрея о статье, которую Маша читала? Но как объяснить, что я в курсе?»

Мучительно долго длился еще час. За окнами начинало темнеть. Из комнаты дочери больше не доносилось никаких звуков. Уснули они там, что ли, оба? Или по своему обыкновению сидят, просто прижавшись друг к другу плечами и молчат?

– Она задремала, – вдруг совсем рядом произнес Андрей, и Вера подскочила от неожиданности.

Он устало опустился на стул.

– Ну что там? Она рассказала?

– Рассказала… У нас есть что-нибудь выпить? – вдруг спросил Андрей.

Вера схватилась за сердце: муж не любил алкоголь даже по праздникам.

– Говори, что случилось! – громким шепотом приказала она.

– Да в принципе ничего страшного. Выросла дочка. Вот что.

– Не томи. Хватит говорить загадками.

Андрей встал и заглянул в холодильник. Там стояла начатая бутылка вермута. «Слишком сладко для сегодняшнего случая», – решил он, закрывая дверцу, и достал из шкафа коньяк и пару пузатых коренастых бокалов.

– Если в двух словах, – сказал Андрей, глотнув янтарного напитка, – то она уже сделала татуировку, и парень ее уже бросил.

– Что?.. – Вера с недоверием посмотрела на мужа и залпом выпила свой коньяк.

– Но все не так страшно, как может показаться на первый взгляд. Подожди, не паникуй, – Андрей отнял у жены пустой бокал и бутылку, из которой она пыталась плеснуть себе еще порцию. – Успокойся. Они общались по Интернету, влюбились. Договорились сделать одинаковые татуировки…

– Где? Где она ее сделала? – перебила Вера.

– Не знаю, в салоне каком-то.

– Я не об этом. На теле в каком месте?

– A-а, это. На шее сзади, почти совсем у волос. Звездочка такая малюсенькая, – Андрей продемонстрировал расстояние на пальцах, – меньше сантиметра точно.

– Она показала тебе?

– Да.

– А ты что? Что ты сказал?

– А что теперь скажешь?

Вера обхватила голову руками.

– Когда она это сделала? – продолжила допрос.

– Говорит, примерно неделю назад. А ты ничего не заметила?

– Нет… – Вера склонила голову, вспоминая слова Алексы.

– Сказала, что тайком дней пять постоянно мазала кремом от ожогов, – продолжил Андрей. – Болело сначала.

– Вот дурочка… Да, точно, я видела у нее мазь на столе. Она еще объяснила, что это от царапин на ноге. Врушка. А с ним она встретилась? С этим Николаем?

– Каким Николаем?

– Мне она говорила, что его зовут Николай.

– Нет, не знаю. Я не спросил, как его зовут. Да и какая разница.

– Как какая? А что еще мы о нем знаем? У них что-то было?

– Она сказала, что нет. Они переписывались только, а потом встретились один раз, погуляли по городу, и он сказал ей, что она ему не понравилась и чтобы она больше ему не писала.

– Так и сказал? Вот гадёныш. И что она теперь?

– Переживает, конечно. Подруга ее поддерживает, Катя какая-то.

– Кит, наверное.

– Да, правильно, Кит. Я сообщил ей, что на море хочу вас на днях отправить. Она вроде как обрадовалась.

– Да? Это хорошо.

– Только спрашивала, можно ли взять с собой Кит.

– Ты разрешил?

– Я сказал, что с тобой надо посоветоваться. Тебе же с ними ехать.

Вера с благодарностью посмотрела на мужа и встала, он подошел к ней поближе. Они оперлись друг на друга и долго неподвижно стояли, будто два дерева, надломившихся во время урагана. Потом она что-то прошептала, уткнувшись ему в грудь, и он, как ребенка, погладил ее по волосам, глядя поверх ее головы в окно.

Андрей старался дышать как можно ровнее и спокойнее, чтобы не прожечь бушующим внутри огнем грудную клетку себе и жене. Он не готов был сейчас делиться этим пожаром со своими домашними. Ярко, стремительно и безмолвно пламя полыхнуло в ту ночь только в спальне супругов.

Утром Вера проснулась в обнимку с Андреем и долго лежала не шевелясь, чтобы не разбудить его. Она закрыла глаза и погрузилась в приятное ощущение спокойствия, разливающееся по телу вместе с теплом спящего рядом мужчины. Все переживания об отношениях с ним и дочерью улетучивались с каждым выдохом, становясь почти забытым дурным сном.