Читаем Unknown полностью

— Не в этом случае. — Он обратно надевает свой хоккейный свитер.

— Нет, в этом тоже.

Он выливает остатки воды из бутылки, выкидывает её и хватает меня за руку.

— Пошли. Мы теряем время.

Упрямый.

Обидчивый.

Глупый.

Пьянящий.

Он меня пугает. И беспокоит. Совершенно сбита с толку за невозможностью определить направление. Вверх по деревьям. Вниз по земле. В свете прожектора. В его руках. Понятия не имею, где я.

Здесь дополнительная канатная дорога, и мы ждем. На этот раз он впереди. Я обхватываю его руками и наклоняюсь, чтобы спросить:

— Насколько ты хороший лыжник?

— Опытный. Уровень: маньяк.

Я отпускаю его, толкая пальцем в спину.

— Теперь ты сделаешь это специально.

— Зато я не скажу тебе, что мы будем делать завтра.

— Прыжки с гор?

— Нет, это будет во вторник.

Глава 15. Слишком правильный

— Мы ужасно скучные.

Сегодня он снова встретил меня на выходе из отеля. Становится мрачно. На небе собираются тучи. Наверно, будет дождь.

— Последняя ночь в Лозанне, а мы, в итоге, вернулись на ту же скамейку.

— Я люблю эту скамейку.

Но все же я не хочу быть скучной. Я набираюсь смелости, и позволяю своим губам скользить к его шее. Он ловит мое дыхание. Он потный на вкус. Соленый. Пряный. Сексуальный. Целую сильнее, отодвигаюсь и снова целую. Я до жути не скучна. Он отрывает мои губы от шеи, чтобы притянуть к своим.

— По ночам на окраине города открыты одни бары. — Его слова щекочут мои губы.

— И мы не в одном из них.

— Это просто потому, что я с тобой.

Я смеюсь. Сегодня он восхитителен.

— Звучит как примитивная поп-песенка.

— Думаю, это она и есть. — Его губы изучают мое лицо. — Либо ты можешь сама её написать.

— Она твоя.

Я отодвигаюсь, чтобы лучше его видеть. Он нравится мне в темноте. Каким-то образом он становится мягче и надежнее. Я глажу его лицо.

— Ты закончил мою песню?

— Нет. — Он хмурится. — Один прекрасный ангел меня постоянно отвлекает.

— Ох. — Я прислоняюсь к его руке. — Я не хочу вставать между тобой и твоим творчеством.

Он усмехается.

— А кто сказал, что это ты?

Я ударяю его в грудь. Он защищается. Притягивает к себе, пытаясь поцеловать. Я кручу головой назад и вперед. Когда он, наконец, достигает моих губ, поцелуи становятся сумасшедшими и быстрыми. Энергичными и отчаянными. С языком. Более страстные, чем раньше. Его горячий рот движется к моей шее, плечам. Он целует мои торчащие ключицы. Теперь он целует верхнюю часть моей груди. Его губы скользят ниже, а руки выше.

Я должна нервничать и беспокоиться, но все, что я хочу — чтобы он продолжал. Я жажду его прикосновений. Я хочу, чтобы он снял рубашку, мои руки на его коже. Его руки на мне…

Но он останавливается.

Он отводит лицо, приподнимает меня и наклоняется, закрыв лицо руками.

— Прости. — Он дышит рывками.

Я обнимаю его.

— Я не обижаюсь.

Мои пальцы касаются верхних трех пуговиц блузки, и все о чем я сейчас думаю: я рада, что бюстгальтер хорошо держит грудь.

Дерек поднимает глаза.

— Бет, не надо. Я стараюсь сделать так, как будет правильно. — Он отворачивается от меня.

Я глажу его по спине.

— Я никогда такого не чувствовала. Мне нравится.

— Так нельзя.

Становится еще темнее. Никто не сможет нас здесь увидеть.

— Ты о том, правильно это или нет?

— Ну конечно же об этом. Есть вещи, которых ты не понимаешь.

— Но, я в порядке.

Он съезжает на другой край скамейки, и я не могу до него дотянуться.

— Поверь мне. Это не так. Ты ничего не получишь.

— Дерек, вернись. — Я смотрю вниз на торчащий из-под блузки лифчик и шепчу: — Не получу чего?

— Знаешь, как трудно было остановиться? — Он смотрит на меня через плечо, задержав взгляд. — Как трудно для меня не наброситься на тебя в эту секунду?

Я сглатываю.

— Разве было так ужасно?

Нечто сумасшедшее и сильное поглощает меня, и я не хочу, чтобы оно ушло. Может, это зачарованность? Нет. Это сильнее любой магии.

Он снова поворачивается ко мне спиной. Я приближаюсь к нему и целую в шею. Я поднимаю сзади его футболку, стараясь стянуть через голову.

— Прекрати.

Он дышит так, словно не может сделать вздох. Затем вырывается из моих рук, поднимается и подходит к краю озера.

Я следую за ним, обнимая его сзади и целую в ухо.

Он оборачивается и отталкивает меня.

— Я же говорил, это не касается секса.

— Думаю, касается.

Звучит не так, как мне бы хотелось. Вышло непристойно и соблазнительно. Звучит пугающе. Жалобно. Отчаянно.

Он поворачивается и сдерживается, чтобы не смотреть на мою расстегнутую блузку. Он прижимается лицом к моей груди и бормочет:

— И у тебя в сумочке есть презервативы?

— Нет. — Я тяжело вздыхаю. — У меня нет… В смысле, я не…

Он поднимает лицо, фокусируясь на мне.

— Вот именно.

— Меня не волнует. То есть… — Я не готова сдаваться. — Разве ты не должен быть готов?

Он отпускает меня.

— Нет. Я готов держать себя в руках.

— Но…

Он снова смотрит вниз на мою блузку, чуть ли не трясясь.

— Это непросто, даже с тобой.

— Что, если я больше тебя не увижу? — Я в шоке от собственных слов. — Может, это все нереально? Что, если завтра я проснусь, и ты исчезнешь из моей жизни? Не хочу терять ни минуты.