Читаем Unknown полностью

Дерек отпускает шапку и смотрит на меня.

— Только, если ты пообещаешь спеть с нами.

Спеть с ними? О… мой… Бог.

— Но мы поем в дискантовой аранжировке. — Я снова начинаю потеть. Я даже чувствую, как пот течет к пояснице.

Дерек, кажется, не замечает этого.

— Отрывок с басами написан в том же ключе. Все получится. Мы постоянно поем его с «Молодыми голосами Эмебайл».

Мэдоу откидывает свои прямые волосы от лица. Это привлекает внимание Дерека. И Блейка тоже. Она морщит свои мерцающие красные губы.

— Не расстроятся ли «Молодые голоса Эмебайл», если мы споем с вами?

Нужно запомнить, как она пользуется своим телом. Голова наклонена, бедра отставлены, центр тяжести перенесен точно на грудь. Все это смотрит очень естественно. Я чувствую себя доской, стоящей рядом с ней.

Глаза Блейка неотрывно смотрят на Мэдоу.

— Они в Китае.

Сара хмурится за его спиной.

Дерек берет перчатки, которые я разглядывала.

— Я разберусь с этим. — Его рука касается моей. Почему не Мэдоу?

Этот парень должно быть магический, потому что через пять минут, когда мы встречаемся, чтобы порепетировать, энергия Терри бьет ключом.

— Хор молодых парней из Эмебайл выступает после нас. Их наставник только что пригласил нас спеть с ними пробный вариант.

Когда наши хоры поют вместе, звук заполняет все: неакустические стекла, хром и цементный пол. Нас — восемьдесят, их — пятьдесят. Я стаю в центре, впереди. Я слишком высока для всех стоящих рядом. Дерек стоит позади и поет мне в ухо. Это значит, что он всего на пару дюймов ниже меня. Он рисуется, поет партию сопрано. Я бы послушала, как он поет тенором. Могу поспорить, что это заставит ледник, который видно из окна, рассыпаться в мелкую крошку. Наверняка, он мог бы и камни расщепить в мелкую гальку. Я благодарна, что он не выкладывается в полную силу. Его тенор был бы тем, с чем я уже не смогла бы справиться.

Может быть, я уже слышала его? На их последнем диске был один отрывок с красивым соло тенора. Это, по-любому, Дерек. Мэдоу заграбастала место подле него. Она поет лучше, чем обычно. Догадываюсь, что все, что ей необходимо — это небольшое вдохновение. Что вообще она может делать в хоре, состоящем из одних девчонок?

После выступления ребята водят нас по главным достопримечательностям, начиная с ледяного дворца, заставленного забавными фигурами. Мэдоу скользит по льду рядом с Дереком. Он ловит ее руку.

— Полегче, ладно?

Она цепляется за него.

— Спасибо.

Он отпускает ее ладонь и выбегает вперед нас всех.

— Смотрите.

Он разбегается на ледяном полу и скользит через весь холл к узкому коридору, который ведет прямо к выходу. Его канадские корни просачиваются наружу. Может, он играет в эту неловкую игру с камешками? Не могу представить его делающим передачу в хоккее.

Затем Блэйк повторяет за Дереком. Сара пытается и почти падает, но Блэйк ловит ее. Мэдоу знает, что если попробует, то окажется на заднице, поэтому стоит и просто смотрит. Я пробую и оказываюсь на своей.

Дерек уже рядом, помогает мне подняться, прикасаясь ко мне снова.

— Ты в порядке? Мне нужно было тебя предупредить. Здесь скользко.

— Скользкий? Лед? Я запомню.

Я смотрю на него. Не могу оторваться. Он, действительно, такой милый? Действительно, отличающийся от всех парней, которых я когда-либо знала? Это невозможно. Отличное поведение. Хорошее впечатление. Международная гармония. Вот и все. В глубине души он такой же, как все парни. Все они такие, кроме Скотта. Бедняга Скотт. Он кажется таким далеким.

В лифте мы поднимаемся на самую вершину горы и выходим на дикую, продуваемую всеми ветрами смотровую площадку. Даже во всей своей одежде я заледенела в считанные секунды. Чувствую себя хорошо. Каждая часть моего тела наполняется этой «жарой».

— Нам лучше не перемерзать, — объявляет Леа.

Мы все соглашаемся и утиным шагом направляемся обратно к дверям.

Парни ведут нас в кафе ресторанного типа, где они ели обед с хором, пока мы разыскивали милое местечко.

Леа оглядывается, уголки ее рта дрожат.

— Что вы, ребята, делали в другом ресторане, если честно?

Блэйк смотрит на меня, затем на Дерека.

— Дерек слышал, что вы хотели здесь побывать. А вообще он выискивал Бет.

Дерек с силой пихает его локтем.

— Заткнись, ты, придурок.

Сара поворачивается ко мне.

— О-о-оу, Бет, у тебя, оказывается, есть фанат.

Я смущена так, что моя шея покрывается красными пятнами, но Дерек похоже нисколько не смущен. Он откашливается так, будто что-то застряло у него в горле, и улыбается.

— Она поняла это, когда мы переписывались в первый раз.

Я стараюсь собраться с мыслями, пока он и Блэйк сдвигают вместе два стола.

Сара указывает на стол рядом с нами.

— Посмотри туда.

Большие чашки какао, сдобренные слоем крема. Швейцарский какао. Запрещено. Еще нам нельзя шоколад. Никакого крема. Никакого сыра, пока мы не выступим. В Швейцарии это сущие муки.

Парни тоже озираются на рядом стоящий стол.

— Вам нельзя молочные продукты, как им нам? — Я беру стул.

Дерек садиться рядом со мной.

— Ага. У нас сегодня гала-концерт в честь открытия. Нужно держать дыхательные пути в чистоте и порядке.

Блэйк закатывает глаза на Дерека.