Читаем Unknown полностью

Хорваты пришли первыми. Они выглядели как кучка высокомерных ублюдков, и это впечатление усугублялось их безупречной формой и настойчивым желанием их командующего корпуса носить на груди обоймы с винтовочными патронами, как будто это была лента медалей. По пути сюда все должны были сдать оружие, но, очевидно, патроны не считались.

Командующий корпуса заметил Кейта и Адриана по пути к своему креслу и коротко кивнул им. Благодаря организации утренних встреч Кейт и Адриан познакомились с этим персонажем так же хорошо, как мы с Полом познакомились с генералом Киличем на стороне мусульман.

Через две минуты в комнате воцарилась тишина. Это было почти так, как если бы хорваты внезапно почувствовали присутствие своего врага в здании. Мы вчетвером обменялись взглядами. Никто из нас не знал, чего ожидать дальше.

Генерал Кислич вошел в комнату в сопровождении своего адъютанта, похожего на ястреба. По бокам от него стояли четверо крепких парней с короткими стрижками ежиком и заросшими щетиной подбородками. Кислич посмотрел на хорватскую делегацию, затем остановился и выпрямился. Казалось, он вырос на глазах у всех.

Затем, без предупреждения, он раскрыл объятия, подошел прямо к столу хорватов и обнял своего соперника. Я не мог в это поверить. Они были как давно потерянные братья, смеялись, болтали и хлопали друг друга по спине.

Позже я узнал, что они учились в одной школе и играли в одной футбольной команде. Они выросли в одном районе. Они знали друг друга большую часть своей жизни. И последние два года они пытались убить друг друга. Должно быть, это было захватывающе, потому что даже закадычные друзья начали это делать. Это было все равно что смотреть боснийский спецвыпуск "Сюрприз, сюрприз".

Встреча началась с выступления командира испанского батальона миротворцев. Бегемот устроился в кресле поудобнее и прочистил горло. Через каждые несколько предложений, прерываясь для перевода, он напомнил обеим сторонам, что создание мусульманско-хорватской федерации уже согласовано их соответствующими лидерами. Это было одобрено на самом высоком уровне. Прямо по ту сторону фронта разрабатывался новый способ действий, который позволил бы обеим группировкам вернуться к мирной жизни. Это был хитрый ход, потому что ответственность ложилась непосредственно на плечи двух командующих. Подтекст послания был таков: "Облажайтесь, джентльмены, и тогда лишь Господь поможет виновным". Мостар был последней брешью в заборе. Если ее не удастся закрыть и в результате снова вспыхнет конфликт, то кто-то в этом зале возьмет за это ответственность на себя.

Это оказалось единственной хорошей вещью, которую он сделал в тот день, насколько я знаю, возможно, это была единственная хорошая вещь, которую он сделал за все время своего пребывания в городе. Но это не возымело никакого эффекта. Хотя обе стороны согласились с необходимостью отойти на сто метров назад по обе стороны от границы, большим камнем преткновения были удерживаемые районы.

Для хорватов поиск мест для переброски большого скопления войск подальше от линии фронта не был такой уж большой проблемой, поскольку конфликт почти не затронул Западный Мостар. Для мусульман все было по-другому; они не могли отодвинуть дальше удерживаемые районы, потому что их некуда было перемещать. Место было сровнено с землей.

Единственной надеждой были казармы бывшей хорватской армии, которые захватили мусульмане и которые теперь находились в нескольких сотнях метров от линии соприкосновения. Казармы была достаточно большими, чтобы принять около двухсот военнослужащих, что облегчило бы поиск жилья. Но хорватов это не устраивало. Они сказали, что казармы, на их взгляд, расположены слишком близко к линии фронта. Мусульмане, по их словам, должны были бы придумать что-нибудь получше

- Моим людям больше некуда идти, - порадовал генерал Кислич своего старого друга и оппонента. - Если вы хотите, чтобы мы переехали в палатки, тогда дайте нам палатки. У нас ничего нет. Нам нужно укрытие.

- Ты обстреливал моих людей, а теперь просишь убежища? - закричал на него хорват.

"Господи Иисусе", - подумал я. Менее чем за час до этого они хлопали друг друга по спине. Теперь все выглядело так, будто они вот-вот убьют друг друга. Мусульмане заняли оборонительную позицию. Хотя они не были виноваты в том, что им некуда было разместить свои войска, формально мяч был на их стороне. Хорваты согласились отвести свои войска назад. На бумаге это выглядело так, как будто мусульмане чинили препятствия.

Как наблюдатель, я мог видеть, что хорваты наполовину подстроили это. В хитроумной дипломатической игре они просто остановили своих противников. Мусульмане отчаянно искали выход, но все, что они могли видеть, - это то, что старый враг прячет большие глупые улыбки за ладонями.