Читаем Unknown полностью

Энди достал свою карту и начал писать на обороте. Это было пошаговое описание событий дня, которое он планировал прочитать батальону. Он думал, что если бы он мог использо­вать четкие юридические термины, военное руководство, по крайней мере, несло бы ответ­ственность за смерть членов команды, если бы они снова отказали им в поддержке с воздуха. Они все умрут, если ситуация быстро не изменится.

"Мы зажаты снайперским огнем, пулеметным и минометным обстрелом со всех сторон и не можем маневрировать”, - написал Энди. “У нас заканчиваются боеприпасы. Самолеты не бу­дут стрелять по зданиям, потому что они не могут видеть, как кто-то стреляет, потому что боевики ведут огонь изнутри крытых сооружений через бойницы в стенах. Когда они пере­мещаются между позициями, они оставляют оружие на месте, зная, что мы не будем стре­лять по невооруженным комбатантам. Коммандос не будут сражаться. У нас один убитый в бою, один раненый в бою, и силы быстрого реагирования не прибывают”.

Он зачитал свое заявление по радио.

Высокий уровень одобрения, необходимый для одобрения авиаударов, означал, что сообще­ние должно было пройти по всей цепочке командования.Это было передано из батальона, где полковник Джонстон находился во все усиливающемся состоянии разочарования, заместите­лю командующего объединенной оперативной группы ССО, бригадному генералу Тони Д. Бауэрнфейнду, который ожидал, что "Решительная поддержка", военный штаб США в Кабу­ле, одобрит запрос о поддержке с воздуха.

Глава 18. Вернуться туда. Энди

Сообщение, передающее неотложность помощи и отчаянное положение команды, дошло до "Решительной поддержки", где заместителю начальника штаба по операциям генералу. Бью­кенену и группе юрисконсультов было поручено привести запрос в соответствие с правила­ми ведения боевых действий. Запрос на поддержку с воздуха был удовлетворен. Бригадный генерал Бауэрнфейнд, заместитель командующего ООГ ССО, вышел на связь по спутнико­вой связи и санкционировал авиаудары по окружающим зданиям.

Энди был удивлен, что девяностосекундный доклад, который он прочитал вслух, сработал. Казалось, штаб, наконец, понял их отчаяние. F-16 с грохотом пронесся над полем боя и сбро­сил пятисотфунтовую бомбу. Ничего не произошло. Это была осечка. Самолет сбросил вто­рую бомбу, но снова ничего не произошло. Команда не могла в это поверить. Самолет выле­тел на дозаправку и вернулся, на этот раз ударив по нескольким зданиям.

Казалось, стало тише. Энди попытался раздобыть припасы, включая воду и боеприпасы. Именно тогда он, к своему ужасу, обнаружил, что не было парашютов с GPS-наведением. Транспортный самолет C-130 предложил доставить им контейнер с припасами, хотя было еще светло. Предполагалось, что он не будет летать днем, чтобы избежать риска быть сби­тым.

Энди воспротивился. Если бы самолет не попал в цель, им пришлось бы как-то забирать груз, но пополнение запасов боеприпасов было жизненно важным. Поле боя взорвалось стрельбой, когда самолет пролетел над ним. Он наблюдал, как парашют опустился к ним и в последний момент изменил курс, опустившись посреди открытого поля. Теперь им придется идти за ним в темноте. Это было легче сказать, чем сделать: загруженный поддон был чер­товски тяжелым.

Самолет огневой поддержки AC-130, наконец, прибыл на позицию около пяти часов вечера, когда небо уже темнело. Пилот спросил Энди о трех главных целях. Энди вышел на улицу и попытался направить их на здания, из которых, казалось, они подвергались сильнейшему об­стрелу. Он остался снаружи усадьбы, чтобы направлять их, едва ли осознавая возможность быть застреленным в самый критический момент сражения. АС-130 прогремел над головой и начал обстреливать первое здание.

За выстрелами из орудия последовало эхо взрыва снаряда, попавшего в цель, в результате че­го в небо поднялось облако пыли и обломков. Авиаудар продолжался около двух минут. Пи­лот вернулся по радио.

- Повторите, какой была вторая цель? - спросил он.  

Энди был в восторге. AC-130 наконец-то убедил его, что цель номер один больше не доста­вит им хлопот. 

ООГ ССО хотела, чтобы Энди продолжал зачитывать свой доклад. Для каждого удара, в течение примерно двух часов, Энди должен был доставать свою карту и перечитывать свое сообщение вслух. К настоящему времени он потерял всякую веру в лидерство, а также способность впадать в панику. Что это была за бюрократическая чушь? 

После того, как самолет огневой поддержки поразил еще восемнадцать объектов, в окрестно­стях стало тихо. Мужчины военного возраста все еще находились в окрестности, но стрельба прекратилась, и батальон приказал сделать паузу. Команды затаились на территории комплекса, заняв оборонительные позиции на стене, чтобы дождаться наступления ночи. Все были измучены, голодны и обезвожены. Они сражались почти сутки.