Читаем Unknown полностью

Начальник полиции сфотографировался с исполняющим обязанности губернатора, провел экскурсию и снова пообещал, что подкрепление уже в пути. Они ушли меньше чем через час. Хатч был встревожен, увидев, что они уходят.

Мгновение спустя по территории комплекса начали свистеть пули, приведя всех в состояние повышенной готовности. За выстрелами быстро последовал грохот минометной мины, кото­рая врезалась в соседнее здание.

- Обстрел! Обстрел! - крикнул кто-то, перекрывая звук взрыва.

На них напали. За первой миной последовали другие, которые попали по стенам комплекса.

Снайперские группы просматривали улицы, чтобы выяснить, откуда велась стрельба. Тали­бы приближались к ним группами со всех сторон и достигли позиций всего в тридцати мет­рах от них. Многие из повстанцев были одеты в военную форму. Некоторые шли пеш­ком, а другие направлялись к ним на пикапах, оснащенных крупнокалиберными пулеметами. Команды, не уверенные, кто есть кто, кричали своим переводчикам, чтобы те прояснили си­туацию с "Кта Кхас", которые все еще стояли по углам, охраняя периметр. В возникшей не­разберихе талибы продолжали обстреливать комплекс, и взрывы поднимали облака пыли, усугубляя общий хаос.

Хатч попросил продемонстрировать силу, чтобы отбить атаку. Над головой появилась пара F-16. Реактивные истребители летели быстрее скорости звука, а их шестиствольные пушки Гатлинга могли производить шесть тысяч выстрелов в минуту. Стратегия отпугивания врага внизу часто была эффективной, но не в этот раз. Талибы знали, что американцы не стали бы бомбить густонаселенный город, не имея возможности четко видеть цель. Истребители F-16 с ревом пронеслись по небу, но безрезультатно. Хатч также не мог полагаться на вертолеты "Апач", которые были менее разрушительными, поскольку рисковали быть сбитыми в го­родском бою.

Час спустя полицейское управление все еще подвергалось нападениям со всех сторон. Хатч подошел к западному периметру, который подвергался сильному обстрелу, чтобы узнать по­следние новости. Капитан команды Баграма, Пэт Харриган доложил ему обстановку. Он был высоким и жилистым и любил бывать на свежем воздухе. У него была репутация человека откровенного. Талибы атаковали главные улицы, сказал он Хатчу, ныряя в дверные проемы и переулки в перерывах между перебежками. Его снайперы перестреляли столько повстан­цев, сколько смогли, прежде чем те добрались до следующей укрытой позиции, но выжив­шие теперь были от них всего в двадцати метрах.

- Некоторые из наших парней уже убили по двадцать человек каждый, - заключил Пэт. - Если ты можешь в это поверить.

Хатч поняла, что ранние оценки количества боевиков движения Талибан в городе, возможно, были не такими уж и преувеличенными. Ракеты продолжали попадать в стены периметра и приземляться рядом с пикапами "Кта Хас". Он беспокоился, что их могут захватить. Еще два захода на бреющем F-16 не смогли остановить стрельбу. Хатч запросил обстрел, который был менее разрушительным, чем авиаудар. Этот шаг временно остановил атаку на западном периметре. 

Команды развернулись, чтобы справиться с продолжающимися нападениями с севера и юго-запада. Один из "Браво", сержант по тяжелому вооружению, перепрыгнул через стену с про­тивотанковым гранатометом и выстрелил из него в штурмовую группу талибов численно­стью во взвод, приближавшуюся с севера. Снайперская группа уничтожила еще одну группу повстанцев на юго-западе, вынудив их укрыться в здании примерно в ста метрах от нас. Под­держка с воздуха имела решающее значение. Истребители F-16 вернулись, чтобы выполнить еще два бреющих полета вблизи периметра. Два вооруженных беспилотника, идентифициро­ванных по позывным и управляемых операторами за сотни миль от авиабазы Баграм, также вступили в бой, охотясь за боевиками по всему городу.

Во время затишья на территорию комплекса прибыла колонна примерно из шестидесяти со­трудников афганской полиции, отправленная с аэродрома Кундуз для усиления групп спец­наза и коммандос. Полицейские, которые, очевидно, были вынуждены помогать амери­канским и афганским солдатам против их воли, немедленно заявили, что не планируют присоединяться к ним. Все подразделение закрылось в помещении и отказалось выходить. Было почти пять часов вечера. Американские и афганские коммандос вели почти непрерыв­ный бой с самого утра, и это был их второй день в бою.

Хатч не был впечатлен. Он пошел проверить команды, охраняющие северную и западную стены. Адреналин поддерживал их в движении, но самообладания становилось все меньше. У них у всех заканчивались боеприпасы, вода и еда. Они были готовы остаться здесь на срок до сорока восьми часов, но поделились своими припасами с афганцами. Батареи, питающие их оборудование, также вскоре разрядились бы, что создаст новые проблемы с координацией различных команд и сил. Хатч созвала капитанов на совещание.