Читаем Unknown полностью

Тем не менее, доктор Назим любил свою страну. Принять решение уехать было трудно. По­следняя вспышка боевых действий возродила мучительное чувство вины и ощущение того, что для его детей было бы лучше начать новую жизнь за границей. "Тойота" просела под тя­жестью женщин и детей, запиханных в кузов, когда он выехал на дорогу и присоединился к потоку машин, покидающих Кундуз.

Первым контрольно-пропускным пунктом, с которым они столкнулись, был талибов. Боец махнул им рукой, пропуская, бросив взгляд на одетых в паранджу женщин и группу детей вокруг них. Следующий был под контролем афганской полиции, которая, размахивая руками и сердито крича, остановила машину.

- Куда вы направляетесь в такой спешке? - спросил один из мужчин, на плече у которого болтался реактивный противотанковый гранатомет (РПГ).

- У меня в машине полно женщин, - сказал ему доктор Назим. - Я должен вывезти их из горо­да. 

Полицейский заглянул в машину и подозрительно посмотрел на пассажиров. Десять женщин и детей были втиснуты на заднее и переднее сиденья. Он громко выругался, но пропустил их вперед. Остальная часть путешествия в Тахар прошла без происшествий. Доктор Насим вы­садил своих пассажиров у дома родственников и повернул обратно в Кундуз. Покидать город было достаточно плохо, но сможет ли он вернуться в него, не будучи арестованным или застреленным? Он должен был попытаться. Он был нужен в госпитале.

Он заметил пожилого мужчину, идущего по дороге в направлении города, и притормозил ма­шину. Доктор Насим представлял бы меньшую угрозу для талибов или афганской полиции в компании старика.

- Брат, куда ты направляешься? Тебя подвезти? - он спросил.

- Спасибо, - с благодарностью ответил мужчина.

Мужчина пытался вернуться домой после того, как проведал семью в округе. На обратном пути талибы снова остановили машину, обыскали их и пропустили.

Доктор Назим заехал домой за туалетными принадлежностями, а затем поехал в госпиталь, планируя оставаться в своем кабинете до тех пор, пока будет открыт госпиталь или пока не прекратятся боевые действия. Госпиталь "Врачей без границ" в Кундузе был единственным в своем роде учреждением западного стандарта на северо-востоке Афганистана. Он предлагал бесплатное, спасающее жизнь лечение афганским жертвам ранений, полученных на войне, и других травм. Пациенты с опасными для жизни ранениями и их семьи часто приезжали на несколько дней только для того, чтобы получить там лечение. Госпиталь был их единствен­ной надеждой на выживание.

В ту ночь пациенты потоком хлынули в зону ожидания, перегружая врачей. Один из аф­ганских хирургов взял свой мобильный телефон и набрал номер доктора Эванджелины Куа, иностранного хирурга, работавшей в госпитале. Было уже больше часа ночи.

Доктор Куа находилась в резиденции для персонала, расположенной всего в нескольких ми­нутах езды отсюда. У нее была собственная практика на Филиппинах, но летом она взяла перерыв, чтобы поработать в организации "Врачи без границ" в Кундузе. Это были напря­женные несколько месяцев. Она не привыкла видеть детей с огнестрельными ранениями или травмами от взрыва придорожной бомбы. Но она училась у своих афганских коллег и чув­ствовала, что воплощает в жизнь свою мечту о том, чтобы каждый день работать хирургом и спасать жизни. Звонок ее разбудил.

- Здравствуйте, - сказала она обеспокоенно. - Что происходит?

Афганский хирург описал, как пациенты наводняли больницу. Они нуждались в ее помощи.

- Город атакован, - сказал он ей.

Она была в ужасе, но хотела помочь. Французский менеджер в резиденции исключил это.

- Сейчас слишком опасно уезжать, - сказала она. - Мы должны подождать до рассвета.

Доктор Куа откинулся на спинку кровати и подумал о семи минутах езды до больницы. Что произойдет, если талибы остановят их по дороге туда? Не лучше ли было бы сесть в машину и подождать? Или ей следует рискнуть, выйти и убежать?

Она подумала о доме. Она была родом из маленького городка на Филиппинах и никогда не представляла, что окажется в эпицентре афганской войны. Она стала хирургом после того, как увидела, какое влияние оказала ее мать как акушерка в бедных сельских общинах. Сколь­ко она себя помнила, она хотела стать хирургом. Она вступила в контакт с организацией "Врачи без границ", когда в 2013 году на Филиппины обрушился мощный тайфун. Это был самый сильный шторм в истории страны.

Она присоединилась к французской организации помощи на два месяца, чтобы помогать ока­зывать медицинскую помощь, а затем подала заявление о приеме в их международный штат после того, как была впечатлена их работой. Когда ей предложили миссию в Афганистане, ее родители сначала возражали из-за беспокойства за ее безопасность. Но другой филип­пинский врач, который уже работал в Кундузе, помог ей убедить их отпустить ее. Она под­держивала связь со своей семьей через сестру и регулярно публиковала посты в "Фейсбуке", чтобы заверить их, что все хорошо.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Бомба для дядюшки Джо
Бомба для дядюшки Джо

Дядюшкой Джо в середине двадцатого века американцы и англичане стали называть Иосифа Сталина — его имя по-английски звучит как Джозеф (Josef). А бомбы, которые предназначались для него (на Западе их до сих пор называют «Джо-1», «Джо-2» и так далее), были не простыми, а атомными. История создания страной Советов этого грозного оружия уничтожения долгое время была тайной, скрытой под семью печатями. А о тех, кто выковывал советский ядерный меч, словно о сказочных героях, слагались легенды и мифы.Эта книга рассказывает о том, как создавалось атомное оружие Советского Союза. Она написана на основании уникальных документов ядерной отрасли, которые были рассекречены и опубликованы Минатомом Российской Федерации только в начале 2000-х годов.

Эдуард Николаевич Филатьев

Военное дело / Военная история / Прочая документальная литература / Документальное / Cпецслужбы
Все авиа-шедевры Мессершмитта. Взлет и падение Люфтваффе
Все авиа-шедевры Мессершмитта. Взлет и падение Люфтваффе

Как бы ни были прославлены Юнкерс, Хейнкель и Курт Танк, немецким авиаконструктором № 1 стали не они, а Вилли МЕССЕРШМИТТ.Эта книга – первая творческая биография гения авиации, на счету которого множество авиашедевров – легендарный Bf 109, по праву считающийся одним из лучших боевых самолетов в истории; знаменитый истребитель-бомбардировщик Bf 110; самый большой десантный планер своего времени Ме 321; шестимоторный военно-транспортный Ме 323; ракетный перехватчик Ме 163 и, конечно, эпохальный Ме 262, с которого фактически началась реактивная эра. Случались у Мессершмитта и провалы, самым громким из которых стал скандально известный Ме 210, но, несмотря на редкие неудачи, созданного им хватило бы на несколько жизней.Сам будучи авиаконструктором и профессором МАИ, автор не только восстанавливает подлинную биографию Мессершмитта и историю его непростых взаимоотношений с руководством Третьего Рейха, но и профессионально анализирует все его проекты.

Леонид Липманович Анцелиович

Военное дело
Полководцы Первой Мировой
Полководцы Первой Мировой

Одним из главных памятников победе над Наполеоном стала знаменитая Галерея героев Отечественной войны 1812 года. После нашего поражения в Первой Мировой и падения Российской империи не только лица, но даже имена большинства русских военачальников были преданы забвению. Но не их вина, что героические усилия нашей армии не увенчались величайшим триумфом русского оружия. Россия не была разгромлена на поле боя, но повержена предательским ударом в спину – не будь революции, лето 1917 года должно было стать победным. Эта книга – галерея героев Первой Мировой, которую современники тоже считали Отечественной, анализ военного искусства лучших военачальников русской армии, от генералов Брусилова и Алексеева до Корнилова, Юденича, Эссена и Колчака.

Валентин Александрович Рунов , Михаил Юрьевич Мягков

Биографии и Мемуары / Военное дело