Читаем Unknown полностью

К чему понапрасну лить кровь, когда и у вас, и у нас врагов хоть отбавляй! Вот они порадуются, что поляк с московитом вновь друг другу в глотки вцепились!

- До Польши мне дела нет, - покачал головой шляхтич, - меня заботят лишь судьбы родной Литвы!

- Погоди, разве ты сам – не поляк? – удивился его словам Бутурлин.

- Помнишь мои слова о том, что я - потомок Недригайлы, княжившего в сих местах сто лет назад? В те времена вся земля, от прусской границы и до моря, принадлежала моему роду, а Самбор был его Столицей!..

Что было дальше, ты и сам узнал, прочтя мой герб! Не знаю только, где ты так поднаторел в геральдике...

- Когда часто ездишь с посольствами ко дворам иноземных Владык, многому успеваешь научиться, - ответил рыцарю Бутурлин. - Но ты хотел рассказать о Недригайле...

- Едва ли мое повествование будет долгим, - болезненно поморщился Рарох. - Вскоре Ягайле, коий тогда еще был Великим Князем Литвы, приглянулись наши угодья. Хотел он отдать их одному из своих братьев, то ли Виганду, то ли Скиргайле.

А как отнять земли у законных хозяев? Нужно извести их род! Вот Ягайла и стал, яко тать, подбираться к моим предкам.

Сперва отправил Недригайлу на войну с татарами в надежде, что его убьют. А когда тот вернулся из похода невредимый, затеял поход против пруссов, тревоживших набегами польский кордон.

Владения нашего рода граничили с лесами, где проживали сии варвары, вот Ягайла и потребовал, чтобы мой предок отбил у них охоту вторгаться в чужие земли.

Прусское порубежье всегда было беспокойным, а тут язычники вовсе взбесились. На то была причина. Тевтонский Орден теснил их в глухие дебри, непригодные для житья, и, чтобы не вымереть от голода, пруссы стали грабить польские деревни.

Впустить их на свои земли Недригайла не мог: против христианского Владыки, потворствующего язычникам, выступили бы все его соседи во главе с Ягайлой. Такого подарка недругам Князь не мог себе позволить.

Не было бы беды, согласись пруссы принять Христову Веру. Но варвары упорствовали в своих заблуждениях и не желали креститься. Недригайле не оставалось ничего иного, как выступить против них в поход.

Вначале его дела шли недурно, однако вскоре мой предок попал в засаду и был ранен отравленной стрелой. Похоже, что стрелял в него человек, подосланный Ягайлой. Пруссы, какими богомерзкими они бы ни были, не используют в войне яды.

По возвращении домой он слег и вскоре умер в страшных муках. Следом за ним отправилась его жена, моя бабка, и двое их сыновей, якобы заразившихся какой-то неведомой хворью.

Единственным потомком Недригайлы, уцелевшим в сей бойне, был мой родитель, коего взял на воспитание дед по матери, шляхтич Рарох. Взяв его имя, отец избежал печальной участи братьев, однако навсегда утратил право на родовые владения.

Вот и скажи, боярин, могу ли я любить Польшу, вотчину Ягеллонов?

- С тех пор минуло без малого сто лет, - задумчиво произнес Бутурлин, - скажи, ты не пытался восстановить свои права?

- Пока Польшей правит династия Ягеллы, мне не видать владений предков, как своих ушей! – горько усмехнулся шляхтич. - Закон Унии всегда на стороне Властителей! Так было доныне и так будет впредь!

- Но ты все же не теряй надежды! – попытался ободрить шляхтича Дмитрий. - Короли приходят и уходят, а земли остаются. Глядишь, Ян Альбрехт или его сын Казимир вернут тебе за заслуги перед Унией былую вотчину!

- Ты сам себя слышишь, боярин?! – гневно сверкнул белками глаз Рарох. - Я должен выслуживать у Ягеллонов собственные земли?!

Да не бывать сему! Уж лучше умереть в нищете!..

Прости, мой гнев направлен не против тебя, - шляхтич на удивление скоро успокоился, и на губах его вновь заиграла прежняя добродушная улыбка, - однако мне известен способ вернуть утраченное...

- И в чем он состоит? – полюбопытствовал Бутурлин.

- Еще не время говорить о том, - загадочно улыбнулся рыцарь, - да и сглазить боюсь! Но грядут времена, когда униженные возвысятся, а тираны будут низвергнуты в ад!

- Ты ждешь Страшного Суда? – не смог сдержать удивления Дмитрий.

- Как знать! – прищурился потомок Недригайлы. - Быть может, грядущий суд и впрямь будет страшен для гонителей моего рода!..

Он хотел еще что-то добавить, но труба, пропевшая за стенами гостинного двора, прервала его речь.

- Вот и мои воины! – радостно воскликнул пан Рарох, поднимаясь из-за стола. - Я должен был дождаться их близ сего придорожного заведения. Хотите увидеть, какие молодцы мне служат?