– Потому что я накапала тебе в стакан яду, а не успокоительного, – улыбаясь жуткой улыбкой, ответила она. – Правда, он медленного действия. Ничего, подождем! Я долго ждала, теперь чуть-чуть осталось. И все будут думать, что это самоубийство. Не вынесла девочка тяжести двух убийств, нервишки не выдержали – и… Привет!

«Она ненормальная! – холодея, подумала я. – Только ненормальный человек может так спокойно говорить такие ужасные вещи».

Словно угадав мои мысли, Хельга произнесла:

– Ты не думай, у меня с головой все в порядке. Я все классно придумала!

– Так это… Ты тогда Полину… Под троллейбус? – снова пролепетала я.

– Я, – с какой-то гордостью произнесла она. – Правда, убить не удалось – верткая она! Но это и необязательно, даже и к лучшему, может. Мне же Вероника рассказала, что детективов наняла. Я поняла, чем это пахнет, и стала за вами следить. Видела, что вы Сергушиным занялись, и только усмехалась. Ищите, мол, девочки, ищите! И в тот же вечер решила Полину припугнуть. Я знала, что лучше пугать ее, чем тебя – она опаснее, потому что умнее. А ты дура. Тебе даже не пришло в голову, откуда я знаю, что за тобой будут охотиться менты? И поперлась покорно со мной. А знаю я, потому что сама постаралась сделать все, чтобы перевести стрелки на тебя. Я же подговорила Веронику позвонить тебе и срочно пригласить: о, я умела на нее воздействовать! Голову ей заморочить было легко. И все сработало. Я убила Веронику, потом выждала нужное время, позвонила в милицию и сказала, что совершено убийство. И повесила трубку. Но тут мне немного не повезло: ты успела свалить. И мне пришлось разрабатывать новый план по твоему уничтожению. Чтобы все шишки на тебя повесить. Я правильно рассчитала, что ты попрешься к Мурашову – куда тебе еще идти? И поехала сюда же. Хорошо, что его самого не было, а то пришлось бы и его… Хотя, впрочем, может быть, я и ему смогла бы голову заморочить так, что он ничего бы не понял и отпустил тебя со мной. Ну и все. Теперь остался заключительный аккорд… – и снова я увидела жуткий оскал великолепных белых зубов.

Мне было совсем плохо, я с трудом соображала, что происходит, и просто пыталась осознать, внушить себе, что я скоро умру… Мне нужно было осознать это, чтобы заставить себя воспротивиться этому, начать отчаянно бороться за сво жизнь, но сил не было… Волю словно парализовало.

Становилось все хуже и хуже, в голове уже наступало какое-то жжение, в желудке начинались спазмы, и я, не выдержав, повалилась на пол, сотрясаясь в присупе безудержной рвоты.

– О-о! – услышала я словно через какую-то пелену голос Хельги.

Я уже ничего не соображала, в глазах белело, их застилала какая-то мутная пленка, я почувствовала, что сейчас навсегда закрою глаза, и вдруг…

Словно сквозь туман увидела свое лицо. Только взгляд был осмысленным, глаза лихорадочно горели, губы шевелились, что-то крича, и тут я поняла, что это не мое лицо – это было лицо моей сестры Полины…

– Слава богу… – еле слышно выдавила я и потеряла сознание.

ЭПИЛОГ (ОЛЬГА)

Полина пришла навестить меня в больницу вместе с Жорой и Дрюней Мурашовым.

– Оленька, солнышко мое, ты выглядишь уже куда лучше! – весело защебетала сестра, слетая в палату и целуя меня в щеку. – Как я рада!

– Спасибо, Поля, – голос мой был еще слаб. – Мне действительно гораздо лучше…

Все смущенно замолчали и затоптались на месте, не зная, что говорить дальше. Я улыбнулась и решила сама прийти им на помощь.

– Так расскажите же мне, что произошло? Я так ничего толком и не поняла: в голове была такая каша… Как я понимаю, Хельга арестована, и она и есть главная злодейка?

– Ты все правильно поняла, Оленька, – наачл объяснять Жора Овсянников. – Она и Вероника, оказывается, были лесбиянками. Причем, если Вероника еще так-сяк, постольку-поскольку, то Хельга – в чистом виде. Они долго жили вместе, но Веронику, видимо, начали тяготить эти отношения. Ей хотелось нормальной семьи, мужа, детей… И вот появился Никита Караваев. Он сделал ей предложение, Вероника согласилась. Хельга поняла, что теряет любовницу, и задумала свой коварный план: убить Кадочникова, подставив Караваева, и делить потом вместе с Вероникой все оставшиеся ей от мужа ценности. А тут подключились вы с Полиной и нарушили все замыслы Хельги. Но теперь все в порядке.

– Жора, а откуда она узнала, где живет Дрюня? Как она нашла меня там?

– Это я виноват, – поднял виновато глаза Дрюня Мурашов. – Я ей на свадьбе адрес свой дал, в гости приглашал. Прости, Оля, если б я знал, кто она на самом деле…

Дрюня уставился в стену, задумавшись о чем-то, потом с отвращением сплюнул.

Мы не стали сыпать ему соль на больное место и тактично промолчали.

– Но как же вы все узнали?