Читаем Ум и счастье полностью

УМ И СЧАСТЬЕ

Македонская сказка

Жил-был на свете паренек, такой недоумок и ужасный бедняк. День-деньской зубами от голода щелкал и спать ложился не поевши: хлеба не на что было купить. Вовсе парень пропал бы, кабы не соседи: хоть изредка покормят или работу дадут пустячную — за водой сходить или, скажем, дров напилить да сложить в поленницу. Пытались его ремеслу обучить, чтобы стал он, как его отец, добрым работником, хозяином, — ведь здоровый вымахал детина, пора и за дело приниматься! С дровосеками его в лес посылали и осла ему давали взаймы: пусть, мол, парень нарубит дровец и на рынке продаст. Да куда там! Голова у парня — что пустая тыква.

А ведь были у парня и Счастье и Ум. Только жаль — изменили они своему господину, заплутались неведомо где — вот он и стал придурковатым.

Долго Счастье и Ум паренька колесили по белу свету, наконец случайно повстречались друг с другом.

— Здравствуй, братец Ум, — улыбнувшись, промолвило Счастье. — Разошлись мы в разные стороны, друг про друга и забыли. Что же ты запропал?

— Да так же, как и ты, — с усмешкой ответил Ум. — Но к чему же все эти расспросы?

— А разве не ясно — к чему? Ты ведь смекнул, только не хочешь признаться, — ответило Счастье.

— Может, это из-за паренька?

— Ну, вот видишь, догадался, — ответило Счастье. — Слушай, надо помочь ему. Так не годится!

— Что ж, если хочешь, я согласен, — поможем.

Сговорились они — и давай помогать пареньку. Он вмиг поумнел и за что бы ни взялся, с той поры все ему удавалось. Для начала попросил он осла у соседей и отправился в лес, стал выискивать бук покрупней да потолще, чтоб срубить его, распилить и дровец наколоть для продажи. Захотелось ему дерево выбрать получше, а не так, как бывало — вязанку валежника ценой в полтора гроша.

Вот выбрал он бук и принялся рубить что было силы. Затрещало могучее дерево, наземь упало, и посыпались вдруг из дупла золотые монеты. Парень сначала и не понял, какая удача ему выпала: золотых-то монет он сроду не видел! Все ж собрал он их бережно, в торбу запрятал — это Счастье ему подсказало так сделать, а потом нарубил две огромные вязанки отличнейших буковых дров, на осла их погрузил и домой поехал.

Дома высыпал парень из торбы монеты и смекнул-таки: «Сразу-то все напоказ выставлять не годится. Лучше сделаю вот как: возьму одну монетку и для пробы снесу золотобиту. Пусть оценит, а дальше посмотрим, что делать». Парень, видно, и впрямь поумнел не на шутку.

Золотобит взял монету и на зуб попробовал, а потом кислотой протравил. Видит — чистое золото. Стал он с пареньком торговаться. Ну, а парень и тут смекнул: «Наверное, дорого стоит монета, если хитрый старик так суетится и не желает ее вернуть!»

Сказал ему золотобит:

— Требуй что хочешь, но продай мне эту бронзовую монетку. Мне бронза нужна для тонкой работы.

Паренек ему:

— Я ведь монетку принес тебе не для продажи. Она от отца мне досталась в наследство, вот я и хотел узнать ей цену!

И не продал хитрец золотую монетку, а цену ее все же узнал, да еще и смекнул: «Если золотобит столько дает, значит, она стоит дороже. Попытаю еще, — может, где-нибудь больше дадут».

Взял парень монетку из рук золотобита и к другому отправился. Потом — к третьему, а потом за хорошую цену сбыл ростовщику. Домой возвратился паренек с большими деньгами.

«Не из золота ль эти монеты? — подумал он. — Надо будет узнать в другом городе цену да продать подороже, а не то ведь надуют да еще и смеяться начнут».

Взял паренек свои монеты и отправился в путь, шел из города в город, все узнавал цену. В первом городе продал один золотой, — цену взял неплохую. Пришел в другой город — за монету там вдвое дают… В третьем — втрое. Так добрел он до самой столицы и продал там все золото, стал богачом. Ум и Счастье шли за ним и помогали ему. И решил он заняться торговлей, чтобы умножить богатство. Осмотрелся, разузнал, на какие товары больше всего спрос, снял в торговых рядах лавки, наполнил их товарами всякими, нанял верных помощников, так развернулся — ну, прямо бывалый купец! Все дивились и уму и богатству приезжего купца. Да и собой он был очень пригож. Повалили к нему покупатели, потому что в его лавках был и выбор большой, и цена намного ниже, чем у других купцов, и принять покупателя он умел. Словом, дело пошло бойко. Стал парень известен во всем стольном городе.

Слух о новом купце дошел до царя. Подивились приближенные царя на новые лавки, да и стали там всякие товары закупать — все, что нужно для царского войска. А потом и сам царь объявил парня своим поставщиком. Стал он товары царю продавать, а о деньгах молчал. Целый год поставлял, а о плате — ни слова.

Удивился царь такому терпению. Ведь другие купцы, что ни месяц, являлись к нему за деньгами! Вызвал он к себе парня, щедро расплатился с ним и тут же условился, что и на будущий год парень останется его поставщиком.

Перейти на страницу:

Все книги серии Македонская сказка

Похожие книги

Илья Муромец
Илья Муромец

Вот уже четыре года, как Илья Муромец брошен в глубокий погреб по приказу Владимира Красно Солнышко. Не раз успел пожалеть Великий Князь о том, что в минуту гнева послушался дурных советчиков и заточил в подземной тюрьме Первого Богатыря Русской земли. Дружина и киевское войско от такой обиды разъехались по домам, богатыри и вовсе из княжьей воли ушли. Всей воинской силы в Киеве — дружинная молодежь да порубежные воины. А на границах уже собирается гроза — в степи появился новый хакан Калин, впервые объединивший под своей рукой все печенежские орды. Невиданное войско собрал степной царь и теперь идет на Русь войной, угрожая стереть с лица земли города, вырубить всех, не щадя ни старого, ни малого. Забыв гордость, князь кланяется богатырю, просит выйти из поруба и встать за Русскую землю, не помня старых обид...В новой повести Ивана Кошкина русские витязи предстают с несколько неожиданной стороны, но тут уж ничего не поделаешь — подлинные былины сильно отличаются от тех пересказов, что знакомы нам с детства. Необыкновенные люди с обыкновенными страстями, богатыри Заставы и воины княжеских дружин живут своими жизнями, их судьбы несхожи. Кто-то ищет чести, кто-то — высоких мест, кто-то — богатства. Как ответят они на отчаянный призыв Русской земли? Придут ли на помощь Киеву?

Александр Сергеевич Королев , Коллектив авторов , Иван Всеволодович Кошкин , Андрей Владимирович Фёдоров , Михаил Ларионович Михайлов , Иван Кошкин

Детективы / Сказки народов мира / Приключения / Исторические приключения / Фантастика / Славянское фэнтези / Фэнтези / Былины, эпопея / Боевики
На пути
На пути

«Католичество остается осью западной истории… — писал Н. Бердяев. — Оно вынесло все испытания: и Возрождение, и Реформацию, и все еретические и сектантские движения, и все революции… Даже неверующие должны признать, что в этой исключительной силе католичества скрывается какая-то тайна, рационально необъяснимая». Приблизиться к этой тайне попытался французский писатель Ж. К. Гюисманс (1848–1907) во второй части своей знаменитой трилогии — романе «На пути» (1895). Книга, ставшая своеобразной эстетической апологией католицизма, относится к «религиозному» периоду в творчестве автора и является до известной степени произведением автобиографическим — впрочем, как и первая ее часть (роман «Без дна» — Энигма, 2006). В романе нашли отражение духовные искания писателя, разочаровавшегося в профанном оккультизме конца XIX в. и мучительно пытающегося обрести себя на стезе канонического католицизма. Однако и на этом, казалось бы, бесконечно далеком от прежнего, «сатанинского», пути воцерковления отчаявшийся герой убеждается, сколь глубока пропасть, разделяющая аскетическое, устремленное к небесам средневековое христианство и приспособившуюся к мирскому позитивизму и рационализму современную Римско-католическую Церковь с ее меркантильным, предавшим апостольские заветы клиром.Художественная ткань романа весьма сложна: тут и экскурсы в историю монашеских орденов с их уставами и сложными иерархическими отношениями, и многочисленные скрытые и явные цитаты из трудов Отцов Церкви и средневековых хронистов, и размышления о католической литургике и религиозном символизме, и скрупулезный анализ церковной музыки, живописи и архитектуры. Представленная в романе широкая панорама христианской мистики и различных, часто противоречивых религиозных течений потребовала обстоятельной вступительной статьи и детальных комментариев, при составлении которых редакция решила не ограничиваться сухими лапидарными сведениями о тех или иных исторических лицах, а отдать предпочтение миниатюрным, подчас почти художественным агиографическим статьям. В приложении представлены фрагменты из работ св. Хуана де ла Крус, подчеркивающими мистический акцент романа.«"На пути" — самая интересная книга Гюисманса… — отмечал Н. Бердяев. — Никто еще не проникал так в литургические красоты католичества, не истолковывал так готики. Одно это делает Гюисманса большим писателем».

Дмитрий Наркисович Мамин-Сибиряк , Антон Павлович Чехов , Жорис-Карл Гюисманс

Сказки народов мира / Проза / Классическая проза / Русская классическая проза