Читаем Улица теней полностью

Остаток пути до «Большого куша» прошел без каких-либо задержек, если не считать короткого посещения магазинчика в космопорту, где ботану нашлась новая одежда по размеру. Как только корабль взлетел, И-5 подключился к системе контроля полетов, чтобы подтвердить, что «Куш» благополучно ушел в гиперпространство, после чего вся компания отправилась в свое жилище на нижних уровнях в Южном Подземелье. Эта квартира располагалась в нескольких километрах от старой квартиры Джакса в Черных трущобах, недалеко от экватора и совсем рядом с развалинами Храма джедаев.

В этот раз, ради разнообразия, их жилье было вполне приличным, то есть Ден мог быть уверен, что крыша не протекает и в стенах нет дыр от пуль. По крайней мере, свежих дыр. Благодаря щедрости Каирда с Недиджа – бывшего киллера из «Черного солнца», который стараниями Джакса успешно покинул ряды этой организации и вернулся на свою родную планету, – кредиток у них хватало, чтобы какое-то время жить в достатке. Увы, спасение собственных жизней и вызволение Каирда из лап «Черного солнца» стоило Джаксу его меча. Он воспользовался им, чтобы организовать небольшой ядерный взрыв в заброшенном Фабричном округе, что помогло им скрыться как от Дарта Вейдера, так и от фаллиинского принца Ксизора. Похоже, план сработал: прошло уже несколько месяцев, но Джакс ни разу не почувствовал чужого присутствия в паутине тонких нитей – а именно так он ощущал Силу. По крайней мере, не было никаких признаков того, что Вейдер снова заинтересовался Джаксом. По всей видимости, повелитель ситов был уверен, что Джакс и его друзья погибли.

– А зачем тебе вообще световой меч? – поинтересовался Ден. – Если хочешь, чтобы все знали, кто ты такой, то лучше выбеги на улицу с криком «Глядите, я джедай!». И потом, у тебя должна была остаться та, другая фиговина, которую дал тебе Ник Росту.

«Другой фиговиной» был световой хлыст – длинная гибкая металлическая плеть в энергетической оболочке, которой Джакс орудовал в схватке с принцем Ксизором. Забавно, что сам Ксизор фехтовал световым мечом Джакса – причем, по мнению Дена, неплохо, если учесть, что у Ксизора нет восприимчивости к Силе.

– Световой хлыст, что ли? Ну есть, – ответил Джакс. – Им неудобно махать, когда противник близко или когда их несколько.

– Тем не менее, – подала голос Ларант, – я согласна с Деном. Если ты достанешь новый меч, тебе будет сложнее противиться соблазну открыто использовать Силу. Если хочешь дать Вейдеру знать, что ты еще жив, – пожалуйста, ищи.

Зеленокожая тви’лека стояла у полупрозрачного окна, глядя на улицу. Одета она была большей частью в серое: облегающие брюки, блузку и жилет. Выбор цвета был не удивителен, если вспомнить, что Ларант была одной из выживших серых паладинов – отколовшейся от Ордена джедаев группы, члены которой еще до падения Республики были уверены, что джедаи слишком полагаются на Силу, пользуясь ею как метафизической затычкой в каждой бочке. Поскольку в фехтовании на световых мечах Сила играла важную роль, серые паладины выступали за использование другого оружия. Ларант, например, до невероятной степени развила навыки стрельбы из пары бластеров ДЛ-44, которые носила на поясе. Ден ни разу не видел, чтобы она промахнулась. Если Ларант во что-то стреляла, это «что-то» взрывалось, испарялось или падало замертво. Ставить на это было даже верней, чем на победу, имея на руках чистый сабакк.

Конечно же, подумал Ден, Ларант пользуется Силой, когда стреляет по летящим в ее сторону бластерным разрядам или лазерным лучам. Никак иначе нельзя попасть по объектам, двигающимся со световой или околосветовой скоростью. Но Ден был уверен: даже если каким-то образом лишить Ларант связи с Силой, это не сильно скажется на ее меткости.

Ларант чуть повернула голову, и Ден увидел, как играет свет на шраме, рассекавшем ее правую щеку. Этот шрам и обрубок левого лекку служили напоминанием о кошмарах Ночи Огня. Будучи репортером до мозга костей, Ден не мог не задать ей однажды вопрос о том, каково было ее участие в этом событии.

– Только не надо отговорок – мол, «иди порасспрашивай других ребят, они знают поболе», – предупредил он ее тогда.

– Ты бы и не смог, – ответила ему Ларант. – Разве что раскопаешь их могилы.

Она произнесла это без тени улыбки, но, с другой стороны, ни Ден, ни кто-то другой не мог припомнить, чтобы Ларант вообще когда-нибудь улыбалась. Нервы тви’леки всегда были напряжены сильнее карбонитовых нановолокон, которыми орбитальные лифты крепились к поверхности Корусканта. Ден был рад, что она на их стороне. И надеялся, что ситуация не изменится. Было бы крайне неприятно познакомиться с дулом ее бластера.