Читаем Улисс полностью

Наверное, ее бы удивило, что когда-то от сидящей напротив нее довольно благополучной с виду женщины отказались даже видавшие виды наркологи, а ее отец – занимавший тогда довольно высокий чин в правоохранительных органах – всерьез задумывал посадить родную дочь на несколько лет в тюрьму, чтобы хотя бы попытаться увести ее от наркотиков и спасти. Но спасло ее не это. Спасла вера, точнее, истовый интерес к вопросам веры. И если других, пустивших по вене дозу «винта», разбирало на секс, то Маша думала о Боге. Она карабкалась по крышам и часами смотрела на горизонт, размышляя о тайнах, скрытых за обыденной жизнью. Как это ни странно, ее пристрастие разделял один из известных криминальных авторитетов, и именно поэтому она избежала всех нежелательных случайностей, которые могут произойти с красивыми наркоманками в притонах на окраине. Авторитета звали Алексей Петрович Пяточкин. Помимо своих злодейств, он еще увлекался резьбой по дереву и, как это ни странно, отличался искренней набожностью.

Дело в том, что Алексея Петровича во время последней его семилетней отсидки на целых четыре года определили в камеру к рецидивисту, в прошлом священнику, осужденному пожизненно. Доподлинно не известно, о чем именно общались затворники, но однажды рецидивист вскрыл себе вены и таким образом покинул тюрьму. А Пяточкин обрел Бога. Это не помешало ему, выйдя на свободу, продолжать нарушать закон и употреблять тяжелые наркотики, но всякий раз, когда он погружался в дурман, его душой овладевала страстная потребность поделиться с кем-то ему подобным своими религиозными переживаниями. И когда ему предложили провести ночь с Машей (а тогда она отчаянно нуждалась в дозе, и ей было все равно, с кем спать), Алексей Петрович наконец нашел себе достойного собеседника. Они до утра просидели на подоконнике, рассказывая друг другу разные истории о проявлениях Божественного промысла в обычной жизни. Прозвище у Алексея Петровича было Леша Ша. Видимо, прозвище это он получил неслучайно. Любое его решение являлось для всех представителей преступного мира в родном районе абсолютным законом.

Однажды он решил спасать Машу, а к тому времени она больше напоминала тень, практически ничего не ела, не появлялась дома более полугода, и видавшие виды наркоманы давали ей не больше двух-трех месяцев.

Алексей Петрович запретил дилерам продавать ей наркотики, отвез девушку на неделю в деревню под Нерехтой. Там передал ее с рук на руки своей сестре и приставил к ним личного охранника Рамиля. Сестра Пяточкина Маргарита торговала в лавке у кладбищенского храма. Брата она постоянно корила за грешную жизнь и категорически отказывалась от его материальной помощи сомнительного происхождения. Еще сестра умела собирать нужные травы. Наверное, ими она и выходила Марию. Так или иначе, но девушка вернулась в Москву, а в самом скором времени встретила Николая, вышла замуж, родила детей и больше старалась даже не вспоминать о своей ужасной юности.

Пяточкин за все эти годы даже не предпринимал попыток как-либо напомнить о себе. Это сделала за него вышеупомянутая сестра. Поводом стала трагическая гибель Алексея Петровича: его застрелили в приемной районной поликлиники, куда он пришел на прием к ортопеду. Старик получил полную обойму в грудь от рыжего медбрата, который, как выяснило следствие, медбратом вовсе и не был, а просто переоделся в белый халат. Пяточкин значительно облегчил работу следствия, сумев перед смертью прострелить уже убегающему прочь наемному убийце его рыжую голову из своего пистолета, с которым на всякий случай он не расставался даже в туалете.

Маша втайне от Николая побывала на похоронах своего спасителя. Смотрела на всё издалека, а когда все разошлись, долго сидела на могиле Алексея Петровича и что-то беззвучно шептала. Может быть, делилась с покойным новыми открытиями в духовной области…

Это было за четыре дня до встречи путешественников с чадолюбивой женой байкера.

– Часто вы здесь бываете? – любезно спросила ее Елизавета.

– Я раз в неделю, а то и реже. Коля каждый день. У него работа здесь, – охотно ответила Маша.

Пока женщины разбирались с приоритетами в их жизнях, Николай и Павел неслись по пустой набережной к торчащим далеко впереди грузовым кранам порта. Несмотря на всю необычность своего нынешнего положения, Павел от всего сердца наслаждался поездкой. В прошлый раз он садился на мотоцикл лет за пятнадцать до этого приключения. В отпуске, улетев с женой на Кипр, он случайно встретил старого друга, который работал здесь, сдавал туристам в аренду различные средства передвижения. Павел и Ольга с другом и его женой провели прекрасный вечер на берегу моря, а ночью решились прокатиться с ветерком. Ничего хорошего из этой поездки не вышло – друг упал с мотоцикла и сломал ногу, а самому Павлу пришлось следующих полдня просидеть в полицейском участке.