Читаем Улей-2 полностью

Наташины слова были мною истолкованы как некая «деревенская солидарность», ну, или как порыв Данилы Багрова, произнесшего сакраментальное: «Русские своих на войне не бросают». Да, я была чрезвычайно признательна своей новоиспечённой знакомой за помощь в трудоустройстве, однако, желание с ней подружиться у меня никоим образом не возникало….

Кстати, самое время поведать читателю о том, чем мне по условиям договора предстояло заниматься весь летний сезон. Благодаря именно Наталье, отвечавшей за подбор персонала, я стала одним из администраторов городского летнего парка отдыха, расположенного в лесном массиве. В моём ведении оказались парочка ларьков, блинная, кафе «Лесная сказка» да несколько «летников» (временных палаток).

Не стану вас утомлять пересказом моего обширного функционала, ограничусь кратким: «Организация бесперебойной работы торговых точек». Отныне мой рабочий день начинался в районе полдня, а заканчивался в час ночи в будние дни и в три-четыре утра – в праздничные. Обнажившийся мир «съедаловки», несмотря ни на что, не вызывал во мне такого отторжения, как милиция. Впрочем, и тут хватало своих гастрономических, культурных и иных странностей и открытий.

Первое «открытие», или «странность» – это уже, как вам угодно, повергло меня в глубочайший шок….

Возле «Сказки» с вечера до полуночи работали узбеки – папа с сыном, колдовавшие над мангалами с шипящей бараниной и свининой. Благодаря этим двум «пассажирам» мне удалось раскрыть «Тайну Золотого Тельца», состоящую в том, что едва ли не каждый второй шашлык продавался, как минимум, дважды!

– Но как такое возможно? – вскричит возмущённый читатель. – Уж не дуришь ли ты нас, Майка?!

– О-о-о-о, побойтесь бога, – отвечу я. – В нашей стране возможно всё и даже больше! Чтобы продать шашлык дважды, необходима самая малость! Его НЕ нужно с первого раза прожаривать как следует!

Подав посетителям плохо прожаренное мясо, в девяноста процентах случаев можно рассчитывать на то, что непрожёванные куски останутся сиротливо лежать на бумажных тарелках. Именно эти со всех сторон обсмокранные кусманы собирались ушлыми официантами, чтобы заново отправиться на шпажку. Очередной проголодавшийся дуралей, приобретая мясцо в нашем кафе, даже в страшном сне не мог себе представить, что именно он закидывает себе за щеку….

За вторую «странность» я чуть было не получила по мордасам. Сказать по чесноку, если бы получила, то это было бы вполне заслуженно! Другой вопрос, что я не имела никакой возможности влиять на существующие порядки и «традиции». Я была самым крайним звеном в «пищевой цепочке», от писка которой не зависело ровным счётом ничего!

Ну, так вот, мамаша, купившая в «Лесной сказке» хот-дог для ребёнка, чуть было не порвала меня, обнаружив внутри булочки сосиску, которая ещё неделю назад превратилась в зелёные сопли. Лишь по счастливой случайности дитё не успело отведать нашей «прелестной» стряпни. Экзальтированная дама, содрав целлофан и узрев соплю, тут же свесившуюся из булочки, принялась биться в конвульсиях, пытаясь вытащить меня из-за барной стойки. Я же, словно универсальный солдат, стоически сносила маты и угрозы, в обилии сыпавшиеся на мою голову.

Ситуация с «горячими собаками», со слов местных аборигенов, работавших не первый сезон в парке, повторялась год от года. Работники кондитерского цеха, нашлёпав низкокачественной жратвы, тут же толкали её в розницу, игнорируя старые нераспроданные запасы, имевшие срок годности. Сотрудники летников, утром явившись на смену, были вынуждены начинать свой рабочий день с переклейки даты выпуска продукции, а не с приёмки остатков. Данное распоряжение было спущено «сверху» и обсуждению не подлежало. Желаешь работать? Твори то, что тебе велят! Участь желающих «поссать супротив ветра» была предрешённой и всем известной: они с позором изгонялись вон.

Моё следующее «открытие» относилось к области «прекрасного». В третье воскресенье июля, как обычно, проводился праздник «День города». Именно в этот жаркий денёчек наш распрекрасный Чмошск посетила новомодная группа-однодневка заурядных певунов, решивших дать несколько концертов в разных частях города. Завершающие праздник «песнопения» планировалось провести в нашем парке. Часам к девяти вечера на площадке перед сценой, на которой скакала парочка тщедушных задротов, облачённых в колготки, собралась огромная пьяная толпа. Охранники, пытавшиеся сдержать ценителей «прекрасного» посредством турникетов, с трудом справлялись с поставленной задачей. Каждый выкрик певунов: «Мы не видим ваших рук!», – тут же заканчивался бурной реакцией толпы. В алкогольном экстазе, молодняк налегал на заграждения. Казалось, ещё секунда – и охранников сметут, затопчут. Очень скоро стало очевидно: местными силами разгорячённых меломанов не сдержать. В тот самый момент, когда расстояние между сценой и толпой стало критичным, на территорию парка въехал отряд ОМОНа, дабы внести свою лепту в и без того дикое зрелище.