Читаем Уксусная девушка полностью

— Пропустим по стаканчику, сидя в гостиной.

— Да! — обрадовалась Белочка. — Папочка, а мне можно? Малюсенький-премалюсенький глоточек вина?

— Конечно, нет! — воскликнула Кейт. — Твое умственное развитие и так оставляет желать лучшего.

Петр одобрительно ухнул.

— Ну, па-ап! Ты слышал, что она про меня сказала?

— Я не шучу! — отрезала Кейт. — Больше репетиторов мы не потянем. К тому же я умираю хочу есть. Отец, ты сегодня задержался как никогда.

— Ладно, ладно! — сдался доктор Баттиста. — Извини, Пиотр. Похоже, решать повару.

— Без проблем, — кивнул Петр.

Иначе бы и не вышло, потому что кроме бутылки кьянти, оставшейся с Нового года, алкоголя в доме не было.

Кейт внесла кастрюлю в столовую и водрузила на подставку. Тем временем Белочка поставила тарелку и приборы Петра рядом с собой. Из-за кипы налоговых деклараций всем пришлось ютиться на одном конце стола.

— А как насчет людей, Пиотр? — спросила неугомонная Белочка, едва тот уселся. — Вы по кому-нибудь скучаете?

— Ни по кому, — ответил он.

— Совсем-совсем?

— Я вырос в детском доме.

— Вот дела! Первый раз общаюсь с детдомовцем!

— Ты забыла принести Петру воды, — напомнила Кейт, накладывая мясное пюре и передавая тарелки.

Белочка отодвинула было стул, но Петр ее остановил.

— Без проблем.

— Пиотр считает, что вода мешает действию ферментов, — пояснил доктор Баттиста.

— Чего? — не поняла Белочка.

— Пищеварительных ферментов.

— Особенно вода со льдом, — сказал Петр. — Замораживает ферменты прямо в протоках.

— Неужели вы ни разу об этом не слышали? — восхищенно спросил у дочерей доктор Баттиста.

Кейт пожалела, что отец сам не может жениться на Петре, если уж он так озабочен его статусом. Они будто созданы друг для друга.

По вторникам Кейт слегка разнообразила меню, подавая тортильи и острый соус, чтобы сделать из мясного пюре буррито. Однако Петр не стал заморачиваться. Он залил пюре лавиной соуса, вооружился ложкой и принялся за раскопки, внимательно кивая доктору Баттиста, который разглагольствовал о том, что женщины страдают от аутоиммунных заболеваний чаще мужчин. Кейт задумчиво ковырялась в тарелке, аппетита как не бывало. Сидевшая напротив нее Белочка тоже не испытывала особого желания есть тофу. Она аккуратно отделила кусочек с краю, положила в рот и принялась осторожно жевать передними зубами. Зелень — два бледных стебля сельдерея — так и осталась нетронутой. Вряд ли ее вегетарианство продлится дольше трех дней, решила Кейт.

Доктор Баттиста видел причину в том, что у женщин кожа тоньше, чем у мужчин. Вдруг он умолк и уставился на тарелку Белочки.

— Что это?! — воскликнул он.

— Тофу?

— Тофу!

— Я больше не ем мяса?

— Неужели это разумно? — спросил отец.

— Вздор! — заявил Петр.

— Я же тебе говорила! — сказала Кейт.

— Откуда она будет получать В₁₂? — спросил Петр доктора Баттиста.

— Полагаю, из мюсли, что она ест на завтрак, — задумчиво протянул доктор Баттиста. — Разумеется, при условии, что продукт будет витаминизированный.

— Полный вздор, — повторил Петр. — Отказываться от пищи — это так по-американски! В других странах люди расширяют свой рацион, чтобы быть здоровее. Американцы делают наоборот.

— Как насчет консервированного тунца? По сути, его никто не убивает. В тунце есть В₁₂?

Кейт так удивилась вопросу Белочки, что не сразу заметила реакцию отца. Он обхватил голову руками и принялся раскачиваться взад-вперед.

— Нет-нет-нет-нет-нет! — простонал он.

Все трое уставились на него с изумлением.

Он поднял голову и сказал:

— Ртуть!

— Ах да, — кивнул Петр.

— Мне плевать! — заявила Белочка. — Ни за что не стану есть бедных теляток, которые всю жизнь живут в клетке и не пасутся!

— Это уже совсем из другой оперы! — сказала Кейт. — Говядина и телятина — вещи разные. Я никогда не кладу телятину в мясное пюре!

— Телятина, говядина, милые пушистые ягнятки… Какая разница! Это ужасно! Скажите, Пиотр, — насела она на гостя, — как вы можете жить спокойно, мучая бедных мышек?

— Мышек?

— Ну, или кого вы там мучаете в своей лаборатории?

— Эх, Белочка-девочка, — горестно вздохнул доктор Баттиста.

— Мышей я вовсе не мучаю, — с достоинством ответил Петр. — В лаборатории твоего отца им отлично живется. Прекрасная кормежка, общение с себе подобными. У некоторых даже есть имена. Они живут куда лучше, чем дикие мыши.

— Не считая того, что вы втыкаете в них иголки, — сказала Белочка.

— Да, но…

— И мышки потом болеют!

— Нет, в данный момент уже не болеют. И это весьма показательно, потому что…

Зазвонил телефон, Белочка воскликнула:

— Я подойду!

Отодвинув стол, она помчалась на кухню, оставив Петра сидеть с раскрытым ртом.

— Алло? А-а, это ты! При-ииветик!

Когда звонили мальчики, Белочка начинала говорить с придыханием, в голосе появлялись игривые нотки. Как ни странно, отец это тоже заметил.

— Кто звонит? — Он развернулся в сторону кухни и прокричал: — Белочка! Кто звонит?

Та притворилась, что не слышит.

— А-ааах, — проворковала она. — А-ах, как мило! Как это мило с твоей стороны!

— С кем она разговаривает? — спросил доктор Баттиста у Кейт. Она пожала плечами. — Мало того, что весь ужин она отвечала на эсэмэски, теперь ей еще и звонят!