Читаем Укрощение королевы полностью

Я пересказываю старую историю на новый лад, надеясь, что король уже не помнит, как это было на самом деле. Тогда он и его советники небеспочвенно подозревали моего мужа в сочувствии смутьянам, и, когда волнения были жестоко подавлены, моему мужу пришлось встать на сторону реформ. И тогда лорд Латимер предал свою веру и своих верных слуг ради спасения жизни. Как бы он сейчас радовался, увидев, что все возвращается обратно!.. Церковь снова пользуется королевской милостью, и ее служители вовсю принялись восстанавливать монастыри. Мой муж был бы счастлив, узнав, что его друг, Стефан Гардинер, приобрел серьезную власть при короле. Вот он как раз был бы сторонником сожжения реформаторов на болотах Виндзора и согласился бы развеять их прах, чтобы тот смешался с грязью и эти люди никогда бы не смогли восстать из мертвых.

– А сколько тебе было лет, когда ты рассталась с матерью?

Король поудобнее устроился на подушках, словно ожидая услышать интересную историю.

– Вы хотите узнать о моей молодости?

– Расскажи, – кивает он.

– Ну что же, когда я уехала из дома, я была уже почти взрослой, мне уже исполнилось шестнадцать. Мать пыталась выдать меня замуж с тех пор, как мне исполнилось одиннадцать, но у нее ничего не получалось.

Он кивает.

– Но почему? Ты же наверняка была милейшей девушкой! С такими волосами и такими глазами ты могла бы выбрать сама себе любого жениха…

Я смеюсь в ответ.

– Я была довольно хорошенькой, но вот приданого у меня было не больше, чем у дочки жестянщика. Отец почти ничего нам не оставил. Он умер, когда мне было всего пять лет. Мы все знали, что и я, и Нэн выйдем замуж так, как будет лучше для семьи.

– А сколько вас было, детей?

– Трое, всего трое. Я старшая, затем Уильям, мой брат, и Нэн. Может, вы помните мою мать? Она была фрейлиной, а потом нашла Нэн место при… – Тут я запинаюсь. Нэн прислуживала Екатерине Арагонской и всем другим королевам. Король видел ее за столом во время дворцовых трапез в свите каждой из своих шести жен. – Место при дворе, – поправляюсь я. – А потом она договорилась о браке Уильяма, нашего брата, с Анной Буршье. Это было вершиной ее самых смелых устремлений и воплощением мечтаний, но вы уже знаете, как плохо это закончилось. Эта ошибка нам всем дорого обошлась. Будущее Нэн и мое отошло на второй план, только ради того, чтобы Уильям мог составить удачную партию. Денег у нас хватало только на Уильяма, и, как только наша мать сумела заполучить Анну Буршье, средств на приданое мне и Нэн просто не осталось.

– Бедное дитя, – сонно бормочет король. – Как жаль, что я тебя тогда не видел…

Но он видел меня в то время. Однажды я прибыла ко двору с матерью и Нэн. Я помню, каким был король в те дни: золотоволосый, широкоплечий, стройный и сильный, твердо стоящий на обеих ногах. Я запомнила его верхом на коне. Он тогда все время был верхом, словно сросся со своим скакуном. Генрих пронесся мимо меня, такой высокий и сильный, и я была им ослеплена. Он посмотрел прямо на меня, шестилетнюю девчонку, подпрыгивающую от восторга и машущую двадцатисемилетнему королю, и улыбнулся мне, подняв руку. И я замерла, потрясенная, не в силах отвести от него взгляда. Он казался мне прекрасным, словно ангел. Тогда его называли красивейшим из королей, и в Англии не было женщины, которая не мечтала бы о нем. В детстве я любила представлять, как он подъезжает к нашему маленькому дому, чтобы просить моей руки. Мне тогда казалось, что если б он за мной приехал, то я стала бы счастливой раз и навсегда. Если меня полюбил сам король, о чем еще я могла бы мечтать?

– Итак, я вышла замуж в первый раз за лорда Эдварда Боро, старшего сына барона Боро из Гейнсборо.

– Он же был безумцем, да? – донеслось до меня сонное с богато расшитых подушек. Глаза короля были уже закрыты, руки сцеплены на огромной груди, подымавшейся и опадавшей при каждом свистящем вдохе.

– Это дед его был таким, – тихо отвечаю я. – Но в его доме было действительно страшно. У лорда был буйный нрав, и мой муж дрожал, как дитя, всякий раз, когда тот приходил в ярость.

– Он был тебе не пара, – с сонным удовлетворением заявляет король. – Они все сделали большую глупость, выдав тебя замуж за мальчишку. Даже тогда, должно быть, ты уже нуждалась в сильном мужчине, которым могла бы восторгаться и обожать, кого-то старше себя, кто мог бы тебя направлять на путь истинный.

– Он был мне не пара, – соглашаюсь я. Теперь я понимаю, какой он хочет слышать свою историю. В конце концов, в мире не так много сказок, а эта должна рассказывать о девушке, которая не могла найти свое счастье до тех пор, пока не встретила своего принца. – Конечно, он был мне не пара, и, когда он умер, благослови Господи его душу, мне было всего лишь двадцать лет.