Читаем Украденные сердца полностью

— Да, у меня плохой сон с тех самых пор, как я появилась в этом доме, — Тесс опустила глаза, не в силах выносить, внимательного взгляда Люка.

Он приподнял ее голову за подбородок.

— Почему ты прячешь глаза? Ты чем-то расстроена?

— Ну, скажем, меня измучили ночные кошмары, — неохотно ответила Тесс.

— Что ты видишь во сне? — Люк провел ладонью по ее щеке. — Расскажи.

— Хм, — Тесс невольно прильнула к его теплой ладони. Поначалу она не собиралась изливать ему душу, но его ласковые руки сотворили с ней чудо — ей захотелось поделиться с ним своими переживаниями. — В детстве мне часто снились эти кошмары, но потом мне удалось от них избавиться. А сейчас они вновь стали приходить ко мне во сне каждую ночь. Я думаю, что это вызвано нервным переутомлением. А решение Джейн меня просто шокировало!

— Бедная Тесс, — прошептал Люк.

Он прильнул к ее губам, она обвила его шею, и они на несколько мгновений замерли в поцелуе. Затем они продолжили прогулку вниз по аллее, все дальше углубляясь в парк.

— К прошлому всегда трудно возвращаться, — продолжил Люк. — А для тебя вспоминать свое прошлое, должно быть, просто мучительно?

— Да, я многое предпочла бы забыть навсегда.

— А что, упрятать Карсвеллов за решетку было проще?

Тесс резко остановилась.

— Что? Но… это не я… это не моя заслуга.

— Дорогая моя Тесс, сейчас ты говоришь не правду. На юридическом языке это называется давать ложные показания.

— Но как ты узнал, что Барбара Карсвелл в тюрьме? — спросила Тесс.

Люк самодовольно улыбнулся:

— Это не так важно. Главное, я решил, что было бы полезно встретиться с миссис Карсвелл, и на прошлой неделе навестил ее. Во время нашей беседы поначалу она вела себя довольно мирно, но после того, как услышала от меня имя Жанна Мари Сен-Жюст, она зашипела, словно разъяренная фурия, и завопила, что это ты навела на нее ребят из ФБР и те взяли ее на месте преступления. Сама понимаешь, что теперь она про тебя и слышать ничего не хочет.

Тесс растерянно смотрела на Люка, чувствуя, что почва ускользает у нее из-под ног. Зачем ему потребовалось встречаться с Барбарой Карсвелл?

— Значит, она меня ненавидит? — спросила она.

Люк рассмеялся:

— У меня сложилось именно такое впечатление.

— Ладно, меня многие не любили — переживу и ее ненависть.

— Ты сказала, что этот шрам у тебя появился в шестнадцать лет, — Люк коснулся кончиками пальцев ее правого виска. — А как?

По телу Тесс пробежала дрожь.

— На работе, — с неохотой ответила она. — Я должна была отвлечь внимание одного типа — Денни Фуше.

— Расскажи, как это случилось?

— А что тут рассказывать? По-моему, и так можно догадаться. С задачей я справилась.

— Другими словами, ты отвлекла его, да?

— Я даже перестаралась немного, — с отвращением произнесла Тесс. — Этот тип набросился на меня и хотел изнасиловать. Мне пришлось защищаться.

— Тебе было больно?

— Люк, зачем ворошить прошлое — все это было так давно.

— Понятно, значит — больно, — он ответил за нее.

— Я этого не говорила.

— Но твои глаза… Я это понял по твоим глазам.

— Черт побери, Люк, ты слишком наблюдательный! Хватит меня изучать! Под твоим взглядом мне становится не по себе. — Тесс взяла его за руку и увлекла вперед.

— Когда-нибудь, дорогая моя Элизабет Аврора Кушман, вам придется рассказать мне все о своем ужасном прошлом.

— И не подумаю!

— Что ж, поживем — увидим. Но хочу предупредить: я настойчивый и своего добьюсь. Рано или поздно!

С ним не поспоришь, подумала Тесс, вспомнив незавидную участь Марго Холловей. Охваченный жаждой мщения, Люк устроил ей адскую жизнь. Теперь Марго до конца своих дней будет помнить его, в бессильной ярости молотя кулаками в стену тюремной камеры.

А что, если Люк никогда не простит ей лжи и обмана? Может, именно сейчас он вынашивает планы, чтобы отомстить и ей? Да нет, пока он ничего не знает, успокаивала она себя. А если ему уже все известно?

Люк сказал, что пора возвращаться к гостям, гораздо раньше, чем ей хотелось бы. Когда они подошли к дому, он отправил ее спать, не став слушать ее пылких возражений, и Тесс была вынуждена подчиниться.

Когда она очутилась в своей комнате, ее охватила грусть. Она обвела взглядом все вещи, к которым уже успела привыкнуть, провела ладонью по рельефному рисунку обоев и едва не разрыдалась, подумав о том, что скоро навсегда покинет этот дом. У нее оставались лишь считанные часы, поскольку она поклялась сразу же уехать отсюда, как только игра закончится. Этим временем можно распорядиться по-разному: можно запереться в комнате и, обливаясь горькими слезами, сетовать на судьбу, а можно отдаться во власть своих чувств и с безудержностью обреченного на смерть наслаждаться последними счастливыми мгновениями в жизни. Тесс решила, что последнее ей больше подходит.

Когда она наконец задремала и сон стал неудержимо наваливаться на нее, на память пришли слова из какой-то старой песни: «…верь своей любви». С улыбкой на губах Тесс заснула.