Читаем Украденные сердца полностью

— Отлично, — зевнув, ответила Глэдис. Она устроилась на диване, явно намереваясь вздремнуть. — Позовешь, если что.

— Спасибо, — с усмешкой сказала Тесс, направляясь в свой кабинет. — Кстати, недавно мне звонил Сирил.

— Мне тоже. Ругался, сказал, что все порядком уже осточертело ему. Говорит, ему не нравится Южная Америка, климат, местная кухня, его тошнит от Мендосы — короче, ничего не нравится.

— Ах, бедняжка!

— И еще сказал, что он там крутится как белка в колесе, а некоторые — это он на тебя намекал — бездельничают и живут себе припеваючи в роскошных особняках.

— Положим, ты тоже здесь не перетрудилась.

— Ага, но он-то об этом не знает, а мы ничего ему и не скажем.

— Хорошо. Ты нашла Фила Ларкина?

— Нашла и уже взяла. Полночи за ним гонялась. Только в три утра накрыла его. Пришлось заночевать у тебя.

— Прекрасно. Осталось найти еще двоих.

— Эй, и это все? — возмутилась Глэдис. — А где твое «спасибо»? Или хотя бы — «молодец, отлично поработала», а?

Тесс высунула голову из дверей кабинета.

— А простого удовлетворения от хорошо выполненной работы тебе мало?

Глэдис кинула в Тесс подушку, метя в голову, но опоздала на полсекунды — Тесс со смехом успела укрыться за дверью.

Комната, в которой она уединилась, напоминала скорее джунгли, чем рабочий кабинет. Повсюду — на подоконниках, на полу, на стенах — были горшки со всевозможными цветами. Среди этого царства зелени стоял небольшой стол с компьютером. Включив его, Тесс принялась безжалостно взламывать защитные системы, забираясь в чужие программы, чтобы найти ответы на интересовавшие ее вопросы. Сегодня она должна узнать о Люке Мэнсфилде всю подноготную, иначе он так и будет путаться у нее под ногами, а она не сможет нейтрализовать его. Но была и другая причина, по которой Тесс решила покопаться в его прошлом. Она до сих пор не могла понять, что он за человек и почему он, состоящий, казалось бы, из одних противоречий, нравится ей. Почему она постоянно думает о нем, вспоминает его прикосновения, его голос? Она думала, что грязный развратник Денни Фуше, который лапал ее своими потными руками, навсегда убил в ней интерес к мужчинам. Видимо, она ошибалась.

Тесс бросило в дрожь. Чертов старый козел Денни! Образ Фуше преследовал ее как кошмарный, неотвязный призрак. До сих пор она помнит, как Берт приказал ей, шестнадцатилетней девушке, надеть школьную форму, из которой она давно уже выросла. Когда Тесс с трудом натянула на себя тесное и короткое платьице, она стала походить на ученицу младших классов. Именно таких маленьких девочек предпочитал для утоления своей похоти Денни Фуше. Тесс с содроганием вспомнила его прерывистое, хрипящее дыхание, его грубые руки, сдирающие с нее одежду, и свой безумный, отчаянный крик. Берт же в это время проник в библиотеку Фуше и рылся в его бумагах. Он искал какой-то важный документ, с помощью которого собирался шантажировать Фуше.

Тесс передернуло. Наконец, с большим трудом избавившись от неприятных воспоминаний, она ушла с головой в работу.

Тесс потратила целый час на поиски нужной информации, дерзко взламывая программы, которые могли бы содержать конфиденциальные сведения о Мэнсфилде. В обнаруженных ею малочисленных файлах не было практически ничего нового, чего бы она не знала раньше. Вся информация о Люке Мэнсфилде сводилась к описанию красивой жизни, которую он вел: выходы в свет, связи на высоком уровне, успешная карьера и большие деньги. Тесс отчаялась и хотела уже выключить компьютер, как наткнулась на одну давнишнюю газетную статью.

В ней шла речь о Люке Мэнсфилде и Дженнифер Эйр. Когда Тесс сложила воедино все, что она слышала и читала в газетах или журналах об этой особе, у нее из груди непроизвольно вырвался возглас:

— Ну и стерва!

Люк и Дженнифер учились вместе на одном факультете, изучая право. Он влюбился в красавицу Дженнифер, и вскоре они объявили о помолвке. В то время ему было двадцать три года.

Тесс отсканировала газетную статью и, увеличив фотографию, с жадным любопытством принялась изучать полученное изображение. Да, Люк сильно изменился, подумала Тесс, глядя на снимок. В то время у него еще не было твердых, жестких складок по бокам губ и высокомерного, циничного взгляда. Двенадцать лет назад он выглядел так, как и положено выглядеть не обремененному житейскими проблемами молодому человеку, у которого есть все, чтобы бурно радоваться жизни, — и ум, и здоровье, и деньги, и любовь.

Дженнифер Эйр, стоящую рядом с ним, без всякого преувеличения можно было назвать красавицей. Однако даже ее ослепительная улыбка, явно притворная, подумала Тесс, обращенная к Люку, не могла скрыть холодного блеска в ее глазах.