Читаем Уйти и вернуться полностью

— Не придирайся к словам, хитрая лисица, — раздраженно проворчала Карла. — Отвечай по существу.

Эндри перегнулась через стол и импульсивно схватила Алисию за руку.

— Если ты не расскажешь… — начала она, но Алисия остановила ее, решительно качнув головой.

— Я не собираюсь ничего рассказывать.

Ее плечи бессильно опустились.

— Да и о чем тут говорить? Я не могу ничего объяснить, потому что сама не понимаю себя.

Лицо Алисии омрачила задумчивость.

— Вообще-то я не собиралась ни в кого влюбляться. Это мероприятие определенно не значилось в моем плане на год. Однако…

Ее голос затих, а глаза затуманились. Она вспоминала, вспоминала…

— Однако ты тем не менее влюбилась в Шона?

Вопрос Эндри прозвучал утверждением.

Алисия молча кивнула.

Карла выразительно посмотрела на нее и вздохнула.

— Прими мои соболезнования.

Эндри всплеснула руками. Ее лицо, обычно милое и открытое, стало суровым.

— Карла, — сказала она непривычно жестким голосом, — твое замечание жестоко и ничем не оправдано!

Широко распахнув глаза, Алисия смотрела на подругу с крайним удивлением, изумляясь тому, сколько силы и энергии скрывала обычно кроткая Эндри.

— Все в порядке, — сказала Алисия, пытаясь сгладить ситуацию и чувствуя себя виноватой. — Я уверена, Карла вовсе не это имела в виду.

Карла поднялась из-за стола. Ее плечи были безвольно опущены.

— Конечно, я не хотела тебя задеть, — и улыбнулась, выказывая свое раскаяние. — Я о том, что… черт побери, разве об этом можно говорить спокойно?

Отвернувшись, она звучно высморкалась и, утеревшись салфеткой «Клинекс», продолжила сдавленным голосом:

— Любовь убивает, любовь калечит. У всех нас остались шрамы на сердце после горького любовного опыта.

Эндри с готовностью кивнула.

Обычно холодные глаза Карлы наполнились слезами.

— Мы — сестры по несчастью. Я люблю вас обеих, — прошептала она едва слышно. — Мне не хотелось бы, чтобы вы вновь испытали эту ужасную боль, эти невыносимые страдания, от которых не спрятаться, не скрыться, не убежать, не уехать! С ними невозможно справиться, нельзя жить!

Она сделала паузу и прямо взглянула на Алисию.

— Если ты действительно любишь Шона, я желаю тебе самого лучшего. Надеюсь, он окажется достойным тебя и не принесет тебе страданий.

— Спасибо, — пробормотала Алисия, не замечая, как крупные слезы катятся по щекам. — Я буду стараться, у меня нет другого выхода.

— О Боже, Карла, — громко всхлипнула Эндри. — Ты заставила нас разреветься, словно младенцев, оторванных от груди.

Алисия улыбнулась.

— Хорошо же мы выглядим: глаза красные, лица заплаканные. Как в таком виде показаться в университете? — спросила она.

Карла ужаснулась.

— Черт побери, у меня же назначена встреча! — она всплеснула руками и улыбнулась подругам. — Я вернусь по первому вашему зову. Но сейчас я должна идти.

Резко повернувшись, Карла бросилась в ванную.

Алисия и Эндри переглянулись и рассмеялись.

— Она говорила жестко, но от всего сердца, — заметила Эндри.

— Да, — кивнула Алисия, утирая слезы. — Карла сурова, но справедлива.

Она задвинула стул.

— Похоже, и нам пора собираться?

— Точно, — согласилась Эндри.

Они быстро прибрали со стола и загрузили посуду в мойку, оставив ее там до лучших времен. Затем начался обычный утренний забег с препятствиями: умывание, одевание, наведение красоты с невероятной скоростью.

— Кстати, — сказала Алисия полчаса спустя, когда они сбегали вниз по лестнице. — Шон собирается нанести нам визит сегодня.

Карла приостановилась на мгновение, придерживая входную дверь.

— Значит ли это, что нам с Эндри стоит поужинать где-нибудь вне дома?

— Как раз напротив! — рассмеялась Алисия. — Он принесет пиццу на четверых.

Шон опоздал, и очень кстати: Алисия успела освежить свой макияж, несколько потускневший за время трудового дня. Эндри тоже была рада опозданию гостя. Она успела прибраться в гостиной. Карла использовала время для нарезания кекса и приготовления кофе.

Шон появился на пороге, обремененный двумя огромными коробками с пиццей и бутылкой вина емкостью в галлон.

— Прошу прощения за опоздание, — пробормотал он, вручая коробки Карле, вино — Эндри, а пальто — Алисии. — У меня был неотложный разговор с деканом кафедры истории.

Он выразительно хмыкнул, стягивая ботинки, облепленные снегом.

— С Рэтманом? — спросила Карла, закатывая глаза.

— С этим великим оратором? — добавила Эндри, гримасничая.

— Со светилом современной исторической науки? — рассмеялась Алисия.

Шон посмотрел на них с серьезным видом. Потом усмехнулся.

— Именно с ним, — сухо ответил он.

— Как тебе повезло! — воскликнула Алисия, с трудом сдерживая смех.

— Рэтман устраивает субботний прием для того, чтобы представить меня… — Шон не смог выдержать солидный тон, — самым серьезным преподавателям университета.

— Как им повезло! — дружно воскликнули Карла и Эндри.

Эта шутка задала тон всему вечеру. Смеясь, словно старые добрые друзья, они набросились на пиццу, начиненную грибами, курятиной, беконом, чеддерским сыром и обильно политую кетчупом, опустошили кофейник, половину бутылки вина и перешли из кухни в гостиную.