Читаем Угрюмый город полностью

— Ясно… — Денис огляделся. Никаких следов не сохранилось, по крайней мере, на месте падения. Недавно, вчера-позавчера, прошел ливень, под откосом расплылись свежие потеки намытой им светло-коричневой глины, похожие на языки полузастывшей лавы. — Понятно… У него какие-нибудь вещи с собой были?

— Я что, по-твоему, по карманам шарил?! — мгновенно обиделся Горюнов.

— Когда Олег падал, что-нибудь могло выпасть? Могло, — спокойно возразил Денис, — и на мотоцикле тоже.

Горюнов нагнулся и поднял что-то с земли. Денис вопросительно кивнул.

— А, пустяк, камешек… Не было ничего, налегке ехал. Это назад, от родителей, понятно: всегда с гостинцами. Насчет выпало ли чего — прости уж, не скажу. Когда за Олегом спускался, не до того было, а потом я мотоцикл караулил аж до приезда милиции.

— А когда показывали следственной группе место падения?

— Нет! — Горюнов обиженно отмахнулся. — Они меня тут же наверх спровадили. Кое-как обмерили, пошарили чуть-чуть для видимости… Потом протокол подписал, вот и вся история.

— После того как вас Олег обогнал, проезжали мимо встречные машины или попутные? — спросил Денис. — Вспомните, постарайтесь!

— Точно! Следователь меня тоже спрашивал! Нет, не обгонял никто, и встречных не было.

— Ладно, — Денис нетерпеливо посмотрел на часы: чуть больше часа до футбола, — покажите, где мотоцикл лежал.

На трассе отыскать следы аварии тоже не удалось. Горюнов показал примерно: пару метров туда, пару метров сюда, но дорога вся была в мелких выбоинах, а ограждение — щербатое от рождения — в шрамах от летящих из-под колес камней.

Получалось, что Олег, не вписавшись в поворот в самом его начале, ударился о бетонную плиту и вылетел в кювет, а мотоцикл, отразившись от стенки, кувыркался по дороге еще с полсотни метров. То есть либо Олега кто-то догнал и ударил сзади — но Горюнов уверяет, что после Олега никто его не обгонял, — либо Олег, вместо того чтобы наклониться к центру поворота, каким-то неестественным образом перегнулся в другую сторону, иначе, даже ударившись об ограждение, он покатился бы по дороге.

История действительно странная. И мотоцикл надо обязательно осмотреть.

— Фамилии следователя и эксперта, который мотоцикл осматривал, не запомнили?

— Они мне не представлялись, — обиженно засопел Горюнов.

— А как выглядели, хотя бы помните?

— Обыкновенно выглядели. Следователь такой постарше, с радикулитом наверное, спина у него не гнулась… Больше ничего про него не помню. А эксперт — тот помоложе: тридцать пять в лучшем случае, крепенький такой, кряжистый, курчавый, залысины еще большие и вообще лицо такое бурятское или монгольское — со скулами такими….

Вечер того же дня

К гостинице Денис подъехал, когда было уже без десяти семь. Стремительно загнал джип на стоянку и рысцой, рысцой — ко входу. Обильный обед, которым накормили родители Игоря, от прогулок на свежем воздухе и лазаний по насыпям давно растрясся, отчаянно хотелось чего-нибудь пожевать, но на поход в ресторан времени уже не оставалось. А на крыльце дорогу ему преградила женщина, а может, девушка, он даже не разглядел толком, смотрел под ноги — торопился. Столкнулись у самых дверей. Он шаг вправо, и она шаг вправо, он — влево, и она туда же. Раза три так переступив, Денис решительно ее отодвинул и, буркнув извинения, рванулся наконец внутрь. Но она вдруг схватила его за рукав:

— Простите, это не вы из Москвы сегодня приехали?..

— Я, — Денис хотел все-таки пройти мимо, но, подняв глаза, сообразил: хорошо, что не прошел. И дело было даже не в девушке, довольно хорошенькой: лет двадцати пяти, не больше, темноволосой, с миндалевидными, очень темными глазами, настолько темными, что практически не было видно зрачков. На ней были светло-голубые обтягивающие брюки и того же цвета обтягивающий короткий свитерок, между свитером и брюками оставалась еще узенькая полоска смуглого подтянутого живота… но все это он заметил буквально краем глаза, просто по привычке не пропускать детали. Главное внимание Дениса было приковано к дальнему углу здания. Тому, за которым сегодня утром курочили белую «Волгу».

Он был почти уверен, что секунду назад видел до боли знакомую фигуру, удалившуюся за этот самый угол в сопровождении двух совершенно незнакомых фигур. Почти уверен, но все-таки не до конца.

— Я на минутку, — бросил он девушке и, забыв о футболе, бегом скатился с крыльца.

Девушка последовала за ним, он слышал, как стучат по асфальту каблуки ее туфель, но оборачиваться и тратить время на дополнительные объяснения не стал.