Читаем Учеръьёсы Сугона полностью

Что двигаться придется обратно

Ведь в такую погоду нельзя было хребет перейти

Оставалось лишь обратно пойти

Все это создавало определенного рода проблемы моральные

Ведь тот, кто был на этом месте, получал доступ к секрету Эльдорадо

Все это понимали

Когда лагерь со стоянки снимали

Чтобы в проливном дожде идти обратно

А сокращение числа знающих о местоположении Эльдорадо

Долю выживших во время следующей экспедиции увеличивало многократно

Так что нет ничего удивительного в том

Что потом

Спустя три месяца изнурительного похода в сезон дождя

Из сельвы вышел только я

Ну и надо же такому случиться

Чтобы разум мой после этого похода совсем помутился


Говорят, я провел в сельве в беспамятстве почти неделю

Когда все мои соратники околели

И на почве приключившегося разума помутнения

Мне привиделось магическое видение

Будто в сельву вышла прекрасная женщина с грудью обнаженной

Золотым диском на шее и взглядом голодным

И беседуя со мной на языке индейцев Эльдорадо

Она меня вылечить была рада

Ее слуги поили меня молоком, опахалами отгоняли мошек

А лекари целебные мази мазали на мои раны

Я в палатки из шелка видел окошка

Огромную свиту женщины, в сельве меня спасшей

И — она утверждала что так у них принято и об этом писал Геродот — мне отдавшаяся

Чтобы родить от меня голубоглазых детей

Эльдорадо королей

Что в общем звучало довольно странно

Я ведь уроженец Кастилии с черными глазами

После она меня вином напоила

Спать уложила

И я очнулся с головной болью и рвотными позывами

Выходящий из сельвы прямо на нового города альгасила

Голый, с мечом в руке и безумным взглядом

Мне все были рады

Позже мне объяснили, что женщина была видением

Следствием моей навязчивой мечты об Эльдорадо, привидением

Я поверил, что мне оставалось еще

Был август, солнце слепило меня оно было горячо

И я остался навеки на Санта Доминго

Смотреть как танцуют в лагунах острова Кая Мария фламинго

Из жалости на содержание губернатором острова взятый

Все бы ничего, но эта жара проклятая...

Впрочем, я провожу свои дни не один, со мной ночами длинными

Воспоминание о женщине, которая пришла ко мне в сельву и которую звали Марина


… Прекрасная синьора, синьорина

Ты как надежда мне всегда нужна

Мариночка, Мариночка, Марина

Касика дочь, конквистадорова жена!


Глава шестая


Фортуна Сугоной играет, как буря — кораблём

Вчера он нищ, богат сегодня, завтра — снова гол


Перейти на страницу:

Похожие книги

Презумпция виновности
Презумпция виновности

Следователь по особо важным делам Генпрокуратуры Кряжин расследует чрезвычайное преступление. На первый взгляд ничего особенного – в городе Холмске убит профессор Головацкий. Но «важняк» хорошо знает, в чем причина гибели ученого, – изобретению Головацкого без преувеличения нет цены. Точнее, все-таки есть, но заоблачная, почти нереальная – сто миллионов долларов! Мимо такого куша не сможет пройти ни один охотник… Однако задача «важняка» не только в поиске убийц. Об истинной цели командировки Кряжина не догадывается никто из его команды, как местной, так и присланной из Москвы…

Лариса Григорьевна Матрос , Андрей Георгиевич Дашков , Вячеслав Юрьевич Денисов , Виталий Тролефф

Боевик / Детективы / Иронический детектив, дамский детективный роман / Современная русская и зарубежная проза / Ужасы / Боевики
Доктор Гарин
Доктор Гарин

Десять лет назад метель помешала доктору Гарину добраться до села Долгого и привить его жителей от боливийского вируса, который превращает людей в зомби. Доктор чудом не замёрз насмерть в бескрайней снежной степи, чтобы вернуться в постапокалиптический мир, где его пациентами станут самые смешные и беспомощные существа на Земле, в прошлом – лидеры мировых держав. Этот мир, где вырезают часы из камня и айфоны из дерева, – энциклопедия сорокинской антиутопии, уверенно наделяющей будущее чертами дремучего прошлого. Несмотря на привычную иронию и пародийные отсылки к русскому прозаическому канону, "Доктора Гарина" отличает ощутимо новый уровень тревоги: гулаг болотных чернышей, побочного продукта советского эксперимента, оказывается пострашнее атомной бомбы. Ещё одно радикальное обновление – пронзительный лиризм. На обломках разрушенной вселенной старомодный доктор встретит, потеряет и вновь обретёт свою единственную любовь, чтобы лечить её до конца своих дней.

Владимир Георгиевич Сорокин

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза