Читаем Ученик убийцы полностью

Рассказывались истории, в которых горный народ изображался грубым, почти диким. На самом деле земля, на которой они обитают, беспощадна, и их законы отражают это. Это правда, что неполноценных детей бросают на произвол судьбы или, что бывает чаще, топят или одурманивают до смерти. Старики часто выбирают добровольное изгнание, когда голод и холод быстро кладут конец их немощам. У человека, нарушившего слово, могут вырвать язык или заставить его заплатить двойную цену. Такие обычаи могут показаться необычно варварскими более устроенному народу Шести Герцогств, но они прекрасно подходят горцам.

В конце концов Верити настоял на своем. Никакой радости в этом триумфе для него, я уверен, не было, потому что его упрямая настойчивость возобладала на фоне внезапного усиления частоты набегов. На протяжении месяца два города были сожжены и целых тридцать три обитателя захвачены для «сковывания». Девятнадцать из них, очевидно, имели при себе популярные пузырьки с ядом и совершили самоубийство. Третий город, более населенный, успешно защитили, но не королевские войска, а отряд наемников, который горожане сами организовали и наняли. Многие из бойцов по печальной иронии были эмигрантами-островитянами, применявшими одно из тех искусств, которыми они владели. И ропот против явного бездействия короля возрос. Было бессмысленно пытаться рассказывать народу о работе Верити и группы Галена. Люди нуждались в собственных военных кораблях, защищающих побережье. Но чтобы построить корабли, нужно время, а переустроенные торговые суда, уже спущенные на воду, были бочкообразными неуклюжими сооружениями по сравнению с гладкими красными кораблями, которые мучили нас. Обещание предоставить военные корабли к весне были слабым утешением для фермеров и пастухов, пытающихся защитить урожай и стада этого года. А Внутренние Герцогства все больше и больше шумели по поводу уплаты налогов, которые взимались на постройку военных кораблей и защиту береговой линии, не имевшей к ним никакого отношения. В свою очередь Прибрежные Герцогства саркастически интересовались, как жители материка собираются обходиться без их морских портов и кораблей, которые перевозят их товары. Во время одного собрания Высокого Совета произошла шумная перебранка, и герцог Рем из Тилта сказал, что будет не большая потеря, если мы сдадим Внутренние острова и меховой пункт красным кораблям, но это может уменьшить их набеги, а герцог Браунди из Бернса ответил угрозой прекратить все движение вдоль Медвежьей реки и предложил посмотреть, покажется ли это Тилту такой же небольшой потерей. Король Шрюд умудрился добиться перерыва до того, как дело дошло до драки, но герцог Фарроу все же успел разъяснить, что он согласен с Тилтом. С каждым месяцем и с каждым новым распределением налогов раскол становился все серьезнее. Было необходимо сделать что-то, чтобы восстановить согласие в королевстве, и Шрюд был убежден, что королевская свадьба отлично подойдет для этой цели.

Так что Регал исполнил сложный дипломатический танец, и было устроено так, что принцесса Кетриккен даст слово Регалу, а слово Верити перед всем ее народом будет засвидетельствовано его братом. С тем, разумеется, что следующая церемония последует в Баккипе, и на ней будут присутствовать представители народа Кетриккен, которые смогут засвидетельствовать ее. А пока что Регал оставался в столице Горного Королевства в Джампи. Его присутствие там породило непрекращающийся поток эмиссаров, подарков и запасов, циркулирующих между Баккипом и Джампи. Редко проходила неделя, во время которой кавалькада не уезжала или не приезжала в Баккип. Это держало замок в постоянном напряжении. Мне это казалось сложным и неудобным способом устраивать свадьбу. Они будут состоять в браке почти месяц, прежде чем увидят друг друга. Но политическая целесообразность была важнее чувств главных виновников торжества.