Читаем Убить двух зайцев полностью

Мы подъезжали к красивому деревянному дому в голландском стиле, голубой забор закрывал обзор на участок, но буйство цветочных ароматов, ударяющих в нос через открытое окно машины, говорило о наличии чудесного сада.

Наташа заглушила мотор и сказала:

– Здесь проживает Нина Ивановна. Слева дом Иры, – взглянув на серый бетонный коттедж, заказчица тяжело вздохнула.

Я обхватила руку Наташи, висевшую на руле, слабую и безжизненную.

– Большое спасибо, что привезла. Пойдем, тебе надо ехать.

Я знала, что Наташе тяжело. Она с академии была впечатлительной девушкой. Мне кажется, это одна из вещей, по которой ей не удалось влиться в работу органов следствия. Здесь как у психологов, нельзя перенимать боль и отчаяние страждущих на себя, иначе кранты ментальному здоровью. Меня отличала способность абстрагироваться, хотя эмпатии я не лишена ничуть. Но, как говорил великолепный герой Артура Конан Дойля – Шерлок Холмс: «Эмоции враждебны чистому мышлению». Потому я сейчас и иду общаться со свидетелем дела об убийстве, а не лью слезы о покалеченных судьбах.

Пробравшись через скрипучую калитку в сад, мы на мгновение ахнули от восторга. Цветник буйствовал яркостью красок и свежестью каждого листка.

Раздался громкий лай, я вздрогнула. Дверь голландского домика отворилась, и из нее вылетели две собаки: бледная и дряблая болонка и, на контрасте, грациозный пятнистый бигль. За ними на пороге появилась старушка с невесомыми седыми кудряшками и очками на голове.

– Белла! Привет! – Наташа села на корточки и затеребила бигля за уши. Болонка в это время облаивала меня с ног до головы.

Стянув очки на глаза и прищурившись, Нина Ивановна громко крикнула:

– Груня, фу! Ко мне!

Заскулив, болонка нехотя вернулась к хозяйке.

– Здравствуйте, Нина Ивановна! – начала Наташа. – Со мной пришла частный детектив и моя старая подруга Татьяна, она хочет поговорить с вами об Ире. Если вы не против, конечно.

– Доброе утро, Нина Ивановна! – Я подошла ближе к двери дома.

Оглядев меня с неподдельным интересом, старушка улыбнулась:

– Проходите. – Пожилая женщина отошла в сторону, уступая пространство в дверном проеме.

– Прошу прощения, но мне нужно ехать домой, к сыну, – Наташа виновато потупила взгляд.

– Что вы – езжайте! Мы с вашей прелестной подружкой побеседуем, я ее чаем угощу, гостей я люблю, – старушка улыбнулась еще шире.

– Благодарю вас! – кивнула Наташа и обратилась ко мне: – Таня, позвони мне. Я буду ждать!

– Всего доброго! – помахала Нина Ивановна и, громко хлопнув в ладоши, позвала собак в дом.

– Семье привет! – крикнула я Наташе до того, как дверь за мной захлопнулась.

Аромат черного чая с шиповником наполнил светлую кухню в прованском стиле. Сиреневую скатерть украшала растительность, на полках пылились старинные фарфоровые фигурки девушек в розовых платьях с зонтиками и джентльменов в шляпах, а также стеклянные собачки различных пород, а на подоконнике стояла миниатюрная ваза с засушенными цветами лаванды. Кухня пестрела занимательными деталями, но при этом давала ощущение спокойствия и комфорта.

– Печенье? – поинтересовалась Нина Ивановна.

– Благодарю! Не откажусь. – Нужно держать планку гостя.

– Так, – прочистила горло старушка, – о чем вы хотели со мной поговорить?

Собаки ластились к ногам Нины Ивановны, попрошайничая лакомства. Добродушная хозяйка протянула каждому питомцу по сухарику.

– Я бы хотела, – начала я, – поговорить с вами о семье Ветровых, а также о вечере и следующем дне, когда вы видели Ирину и Костю в последний раз.

– Хорошо, – старушка сделала глоток душистого чая. – Ветровы заехали к нам около года назад. До этого момента соседский дом долго пустовал. Там досель жила женщина старая, как болеть начала, семья увезла ее тут же. А потом уж померла она. Ну, видать, наследнички дом продали, дача им не понадобилась. Вот и появились тут Ветровы. Костя недолго пожил, лето прошлое. По дому Ире помогал, а потом – бац! – и уехал в общежитие. Я удивилась, право, но потом поняла, что не ладились отношения меж ними. Они и когда Костя жил, бранились, а как тот съехал – уууу, что началось! – Нина Ивановна покачала головой. – Крик на крике… Ирка прибегала, жаловалась, бедная женщина. Земля ей пухом!

– Вы часто виделись с ней? – решила я направить разговор в нужное русло.

– Забегала порой. И с собаками мы вместе прогуливались. Но она чаще у Вороховых сидела, вы знаете наверняка, те, что по левую сторону от нее, – старушка демонстративно махнула в нужную сторону рукой. – Я и понимаю. Я уж стара для нее, а там Светка. Чуть ее старше. Общий язык быстро нашли, вот и куковали по вечерам на веранде.

– Поняла, – кивнула я на слова пожилой дамы. – Нина Ивановна, теперь расскажите, пожалуйста, про день, когда вы видели обоих в последний раз?